Сандровские. Трилогия (СИ)

И воспоминания, кроме нового, более сильного обжигающего желания, ничего не приносили.

Он не насытился Майей.

И не желал насыщаться.

Он хотел снова и снова быть в ней."

"Борис глубоко и медленно вздохнул и выдохнул воздух. Мудрецы Востока говорили, что такое дыхание помогает сохранить спокойствие. Встретил бы он этих мудрецов темной ночью в переулке….

— Долго мы ещё будем демагогию разводить?

Борис, не дожидаясь, направился к дивану, попутно расстегивая верхние пуговицы рубашки.

Майя, осторожно ступая по собственному дому, последовала за ним.

Но когда Борис сел на диван и похлопал рядом с собой, она поняла, что происходящее — реальнее некуда.

В ней проснулась вампирша с дикими первобытными инстинктами.

Теперь она отчетливо слышала, как шумно, прерывисто бьется сердце мужчины. И немного удивилась — Борис тоже волнуется? С чего бы это? Он, наверняка, постоянно кормится и кормит бесконечную вереницу любовниц.

У Майи неприятно кольнуло в груди, когда услужливое воображение нарисовало сцену переплетенных тел Бориса и другой женщины. Что это? Отголоски просыпающейся ревности? Майя всегда была честна с собой, и факт того, что она начинает проявлять собственнические инстинкты в отношении Бориса, неприятно её поразили.

Она приглушенно зарычала.

Борис, услышав рычание Майи, приподнял брови к верху.

Но объяснять что-либо Майя не стала.

Она хотела пить!

А с чувствами разберется потом…

Майя действовала импульсивно, потом она даже не будет помнить, как оказалась на диване…между широко расставленных ног Бориса.

Можно было предположить, что она начнет питаться, устроившись сбоку, чтобы свести к минимуму контакт с мужчиной. Тут же она нависла над ним, даже не заметив, что грудью едва не касается его груди.

Её интересовала его венозная жила. И кровь.

Зато всё заметил Борис… Его естество взревело от радости. Она близко! Ближе, чем он мог надеяться, когда ехал сюда! И она согласилась питаться от него.

Скажи кто Борису, что он будет радоваться, как мальчишка, что женщина согласилась покормиться от него, он бы рассмеялся тому в лицо, а потом хорошенько врезал. За абсурд предположения.

Они оба менялись на глазах, но ещё не понимали сути изменений…

Майя склонила голову.

Борис в блаженстве закрыл глаза.

Майя выпустила клыки.

Борис, чтобы удержаться, вцепился пальцами в диван.

Из груди Майи вырвался протяжный стон…

Борис едва сдержал рык.