Сандровские. Трилогия (СИ)

Тогда остается Борис. Думаешь, он?

Игорь сделал не определенное лицо, но они оба подумали о том, что именно Борис среди них отличался особой кровожадностью. И лишь немногие знали, что на это были веские причины. Когда-то очень давно его подло предали, и предал именно близкий, почти родной человек, и Борису пришлось провести в плену почти столетие. Братья нашли его, и вызволили из плена, но он кардинально изменился. Стал другим. Перенесенные пытки и издевательства над гордым смелым Борисом сделали своё дело. Иногда даже Велест с Игорем не могли с ним совладать.

Не зря Велест запретил ему приближаться к Лане в первые дни знакомства.

Он опасался.

И на то были основания.

— Ты ему сообщил эту информацию?

— Пока нет. Думаю, что такая надобность не понадобится. Ему наверняка кто-то сообщит в ближайшее время. Потому что….сам понимаешь подобное заявление Ибрагима имеет эффект разорвавшейся бомбы.

— Согласен. Но всё равно….Мне трудно поверить, что Борис — Воин.

— Не стоит делать поспешных выводов и решений. Поживем — увидим.

Если Борис, или кто-то из нас, принадлежит к касте Воинов, их способности проснуться в ближайшее время.

И взгляды двух сильных мужчин встретились. И каждый подумал о своем.

Разговор с Игорем не выходил из головы Велеста. Это и понятно. Если Борис окажется Воином, жизнь клана Сандровских измениться резко. И не понятно, в какую сторону. То, что он сам может оказаться Воином, он сразу отбросил прочь.

Светлану он застал спящей. Как была в одежде, так и уснула. Намаялась, бедняжка.

Непривычная волна нежности затопила вампира, и он улыбнулся.

Как ему нравится видеть Лану на своей кровати!…Кто бы только знал. Вид разметавшихся пшеничных волос по шелковым простыням…Стройные ножки, выглядывающие из-под юбки….Тонкие руки обхватившие подушку…

Зверь довольно заурчал внутри Велеста.

Это его женщина.

Никаких сомнений не вызывало.

Велест осторожно присел на край кровати, и погладил обнаженную лодыжку Ланы. Та что-то не внятно пробормотала во сне и перевернулась на другой бок.

Велест довольно улыбнулся. Он готов был всю ночь сидеть вот так — на краю — и любоваться спящей девушкой. Сейчас, во сне, она была особенно трогательной и беззащитной."

"Его рука двинулась верх по ноге. И желание охватило мужчину. Его член эрегировал и за пульсировал. Клыки чуть удлинились, и Велест вспомнил, как пил кровь Ланы. В горле сразу же зажгло, и по венам прошёлся огонь. Стало невыносимо жарко, и Велест, вскочив с кровати, принялся срывать с себя одежду.