Роковая Роксана

Лодка заплыла под мост, и теперь голоса раздавались громко и гулко, будто люди, стоявшие над нашими головами, говорили в жестяную банку.

- …выходит за королевского эмиссара! – захлёбывалась словами какая-то дама. - Да, чтобы поймать такую рыбку, можно было и трёх женихов уморить трех!

- Но они даже не были знакомы! С графом, я имею в виду…

- Откуда вы знаете, дорогая? Она такая молчунья…

Граф Бранчефорте ничего не сказал, но сжал мою руку. Я приняла это, как поддержку, хотя легче от такой поддержки не становилось.

"Ладно, не стоит обращать внимание на болтовню. Тем более, я всегда знала, кто главный объект сплетен в Солимаре. Ничего нового, так что и обижаться нет смысла.

Но в горле всё равно пересохло.

Я вспомнила про бонбоньерку с леденцами и достала коробочку, чтобы успеть съесть конфету до церкви.

- Что это? – спросил граф, когда я открыла крышку.

- Мятные конфеты, - ответила я, показав ему леденец, который взяла двумя пальцами. – Горничная дала, для подкрепления сил.

- Дайте сюда, - граф наклонился быстрее, чем я сообразила, что он собирается делать, и выхватил у меня конфету губами.

Я невольно вздрогнула, когда его губы коснулись кончиков моих пальцев, и пожалела, что не надела перчаток. Кожа на месте прикосновения горела, будто её прижгли свечкой. Что там за губы у милорда графа? Раскалённые, что ли?

Граф не заметил моего смятения. Поморщившись, он погонял леденец во рту, потом с хрустом раскусил, проглотил и сказал:

- Сладковаты, как на мой вкус. Но всё хорошо, можете есть.

- Благодарю, что разрешили, - сухо сказала я, доставая другую конфету.

- Не обижайтесь, - произнёс Бранчефорте, - как говорится – доверяй, но проверяй.

- Ценю вашу самоотверженность, но ваши услуги не требовались, - я отправила леденец в рот, и нашла конфету в меру сладкой, освежающей и очень вкусной, что бы там ни выдумывал милорд граф. - Если бы горничная хотела отравить меня или вас, то отравила бы вчерашний чай.

- Логично, - согласился он. – Значит, мне опять не удалось произвести впечатление?

- Вы его уже произвели, - утешила я.

- А, всё-таки, я преуспел, - он казался очень довольным. – Милейший костюмчик, скажу вам по секрету. Совсем не чувствуется на теле. Если захотите, покажу вам его сегодня вечером…

- Не надо, я вам и так верю, - быстро ответила я и возблагодарила небеса, что фата была опущена, иначе я появилась бы перед публикой красная, как варёная креветка.