Резидент

Знаешь, где их лучше набрать?

— Где?

— За военторгом лесочек смешанный начинается, а дальше заросший овражек будет с ручейком на самом дне, вот за ним целая поляна ромашек растет. Там еще не все их сорвали!

— Я понял, товарищ капитан, — просветлел Щербак.

— Да, вот еще что, — строго сказал Романцев. — Ты там все ромашки-то не срывай, оставь остальным влюбленным.

— Обещаю, товарищ капитан, — улыбнулся Богдан.

Глава 17

Желаю тебе больших звезд!

Из четырех разведгрупп, отправленных за линию фронта, отозвались только три.

Последующие несколько часов Маруся неоднократно выходила в эфир, пыталась вызвать молчавшую группу на связь, но разведчики не отзывались. В трубке раздавались лишь трескучие эфирные шумы. Несколько раз подходил командир полка, спрашивал, как обстоят дела, но Маруся лишь пожимала плечами, отвечая:

— Волга на связь не выходит.

— А ты пробуй, Маруся, пробуй, — советовал полковник. — Никаких пауз! Не должны они пропасть!

Разведгруппа с позывным Волга была одной из самых опытных.

Около двадцати раз они переходили за линию фронта и всегда возвращались, а ведь были куда более сложные ситуации. В этот раз они должны были проверить информацию о переброске танкового корпуса к Ярославу для усиления пехотных немецких полков и на следующий день возвратиться обратно.

Свое дежурство Маруся покидала расстроенная, каждого из разведчиков она знала лично, а командир группы старший лейтенант Барышев даже пытался как-то за ней ухаживать, правда, делал он это как-то неуклюже, совсем по-ребячьи.

Хотя где ему было научиться таким премудростям, сразу со школьный скамьи ушел на фронт.

Вернувшись в комнату отдыха, где ей предстояло отдохнуть последующие четыре часа, Маруся долго не могла уснуть, все думала о пропавших разведчиках. Может, у них просто повреждена рация и они не могу выйти на связь. Надежда еще оставалась — случалось, что разведгруппы возвращались даже тогда, когда заканчивались крайние сроки.

Неожиданно в дверь постучали. Кто же там такой деликатный?

— Входите, — произнесла Маруся.

В дверь, заметно смущаясь, вошел старшина Щербак, в большой потемневшей ладони он как-то неумело сжимал букет ромашек, стебли которых были перетянуты тонкой веревкой.

Кого уж она не ожидала, так это Богдана."

"— Мне сказали, что ты здесь… Знаешь, мне хотелось бы принести тебе гладиолусы или как их там… хризантемы какие-нибудь, вот только где их взять на фронте? — неуверенно подошел он к Марусе и протянул букет.