Развод. Цена ошибки (СИ)

Ни единого намека на то, что в квартире может обитать женщина.

Это немного успокаивает меня; не хотелось бы прямо сейчас разбираться с Делей и что-то ей объяснять.

Кутаюсь в серый мягкий халат и поджимаю под себя ноги. Дима, видя это, достает из шкафа свои носки и садится у меня в ногах. Берет мои ледяные ступни — какие же горячие у него руки! — и тянет на себя.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я хрипло и поджимаю губы.

— А что, по-твоему, я делаю? — спрашивает он, но я не отвечаю. — Спасаю тебя, Сонь.

Димка надевает теплые носки и отпускает мои ноги, которые я спешу снова подтянуть к себе.

Затем уходит и возвращается с аптечкой.

— Держи, — протягивает мне градусник, — надо проверить температуру. Ты вся горишь.

Поворачиваюсь на бок и позволяю Димке это сделать. Одной рукой он поднимает мою руку, а вторую засовывает за полы халата и кладет мне под мышку градусник.

Его кадык при этом ходит ходуном, а глаза пьяно следят за моим телом. Он с жадностью смотрит в разрез халата. Там ничего не видно, все стратегически важные места прикрыты.

— Сонька, — зовет меня, — что ты ела?

— Скорее всего, это от шаурмы. Наверное, мясо оказалось несвежим, — с трудом выдавливаю я.

Волков хмурится:

— В каком кафе ты ела шаурму?

— Э-э, вообще-то я ела ее в парке.

— В парке?! — восклицает он. — Ну ты даешь, Калинина!

— Она так вкусно пахла… — честно признаюсь я. — И я больше не Калинина… Хотя скоро снова стану ей…

Последнее произношу в бреду, потому что чувствую, как сознание начинает утекать.

— Мужу звоним?

— Нет больше мужа.

Слышу слабый писк, а после такой родной голос произносит:

— У вас, гражданка Калинина, тридцать девять и пять.

— Надо спасать, — отвечаю и закрываю глаза.

Да… от спасения я бы не отказалась…

Глава 15. Та сторона

Соня

Глаза открывать больно, голова чугунная, ко всему прочему перед глазами все плывет.

Кое-как сажусь на кровати, в боку отдает тупая боль.

Предательство Руса, драка, полиция и как вишенка на торте — я заблевала квартиру Димки и завалилась спать в его халате. На его кровать.

Со стоном откидываюсь на подушки и прикладываю ладони к горящим щекам.

— Ты как? — неожиданно открывается дверь, и заходит мой бывший парень.

Одет по-домашнему, и что-то внутри меня дергается, болезненно скручивается, перекрывает кислород.

— Нормально.