Развод. Тот, кто меня предал (СИ)

Врачиха вздыхает:

— Мирон, вы должны знать: мы вкололи ей снотворное, потому что у нее началась истерика после информации о ребенке. Ей нужна поддержка и помощь.

— Твою мать, — тихо шепнув, тру лицо.

Неужели это правда? Почему же она не пришла ко мне? Не сказала?! Господи, я бы не отошел от нее ни на минуту, на руках бы всегда держал.

Она носила нашего малыша. Долгожданного и такого неожиданного. Возможно, именно он смог бы примирить нас? Я бы сделал все возможное, чтобы так и произошло.

— Какие дальнейшие планы на ее восстановление? — на автомате задаю вопросы, потому что мне нужно иметь полную картину того, что происходит.

— Маргарита побудет у нас. Полагаю, что физически она быстро восстановится. По поводу дальнейшей возможности иметь детей пока рано делать выводы, но мы постарались сделать все возможное. Меня больше беспокоит ее психологическое состояние.

— Я найду ей психотерапевта. Лучшего, — обещаю уверенно, потому что знаю: так и будет. — Что еще нужно?

— Необходимые вещи и предметы личной гигиены.

— Кто он? — выплевываю вопрос.

Не нравится мне этот хрен, вот хоть убей. Необъяснимое чувство, скорее похожее на инстинкты, которые вопят о том, что чужаку не место рядом с моей женой.

— Золотарев наш спонсор, совсем недавно, но мы его все уважаем и очень любим, — говорит с такой гордостью, будто о сыне родном рассказывает. — Счастье, что он оказался рядом с вашей женой.

Сплошные дифирамбы.

— Ясно. Я могу ее увидеть?

— Можете. Только она спит. И, пожалуйста, недолго.

Врач уходит, а я открываю дверь и медленно захожу в палату.

Комната небольшая, освещение приглушенное. Маленькое окно с опущенными жалюзи. Кровать у стены. Рядом стойка капельницы, на которой висят пакеты с лекарством.

Перевожу взгляд на кровать и смотрю на Риту.

Мозг вопит: это она, а глаза отказываются верить.

Кажется, она стала еще меньше. Ручонки крохотные, со сломанными ногтями и уже обработанными царапинами. Одна рука перебинтована, из другой торчат трубки капельницы, какие-то датчики.

Жена вся синюшно-белая, прямо под цвет стен. Губы бескровные, сухие, потрескавшиеся. На подбородке ссадина, на скуле небольшой порез. Глаза плотно закрыты, дыхание размеренное.

Кажется, Кудряшка спит и видит прекрасные сновидения.