Пять лепестков на счастье

 – Походит вместе со всеми?

Директриса еще раз просканировала гостя сверху вниз, прежде чем ответить:

– Походит.

В ее голосе послышалась легкая смешинка. Потом Марина Георгиевна открыла крышку часов, что свисали у нее на цепочке у пояса, и скомандовала:

– Оля, запускай.

Одна из девушек вышла из-за прилавка и направилась к выходу.

– Сейчас начнется экскурсия, побудь с группой, посмотри, послушай, тебе понравится, – шепнула Саша. – А мне пора.

Одинцов ничего не успел ответить, она уже выбежала в боковую дверь, а через несколько секунд зал наполнился толпой шумных посетителей, испытывавших те же самые эмоции, что и он, едва переступив порог лавки.

Девушка, которую звали Олей, подождала, когда первые впечатления улягутся, а потом бойко заговорила:

– Добро пожаловать, господа, в наш музей. Он основан на месте бывшей мануфактуры Петра Гордеевича Чигирева – одного из богатейших людей Воздвиженска конца девятнадцатого века. Сейчас мы находимся с вами в магазине, однако раньше здесь находились только производство и сад, а лавка располагалась в другой части города – центральной.

Оля открыла боковую дверь, и вся группа последовала за экскурсоводом.

За дверью оказалась комната с большой плитой в центре, на ней теснились котелки, тазы, вместительные кастрюли. У окна располагался длинный стол с колбами, пробирками и трубками, маленькие весы, гири и пузырьки с маслами.

– Вот так нехитро выглядело в девятнадцатом веке производство парфюмерной продукции. А мыло, несомненно, тогда являлось одним из образцов искусства ароматов. Многие легендарные фабрики начинались с подобных маленьких залов. Даже известный парфюмер Брокар, создатель легендарной «Красной Москвы», начинал свою деятельность скромно, с парой помощников в съемном помещении, где было установлено такое же довольно простое оборудование.