Перегрин

Ирма ждала меня, смотрела таким восхищенным взглядом, что я почувствовал себя мальчишкой на первом свидании. Подозреваю, что из-за таких взглядов и случаются все войны на земле. Когда подъехал к костру, на котором в трофейном котле со скифами на боках варилась густая похлебка, Ирма взяла у меня копье и щит, потом помогла снять доспехи.

— Снимай и штаны, они в крови, простираю, пока не засохла, — потребовала походная жена.

Я отдал Ирме кожаные штаны, надел шерстяные и опять сел отдохнуть под дубом, прислонившись спиной к стволу.

Радость победы, конечно чувствовал, но как-то не очень ярко. Старею, наверное…

74"

"Военный совет проходил в шатре консула. Хотя снаружи было светло, разговаривали при свете масляных ламп, потому что вход был плотно задернут. Видимо, исходили из принципа «Если мы никого не видим, значит, нас никто не слышит». Караул у входа уж точно будет в курсе всего, о чем мы будем говорить, и передаст сослуживцам. За столом сидели Гай Марий, легаты легионов и префект каструма. Трибуны лактиквалии (вторая по значимости должность в легионе), введенные Гаем Марием и имевшие по две широкие пурпурные полосы на тунике, что говорило об их принадлежности к сенаторскому сословию, и трибуны ангустиквалии (третья по значимости должность), имевшие тонкие пурпурные полосы сословия всадников, стояли возле стола.

Среди стоявших был и я. То есть, меня неофициально признали равным старшим офицерам римской армии, как минимум, принадлежавшим к всадническому сословию.

Совещание Гай Марий начал со всем известной новости:

— Сегодня подошли последние отряды германцев.

Теперь все их силы собраны здесь.

Всех, кто обитал севернее Альп, консул упрямо называл германцами. О том, что амброны и еще несколько малых племен, присоединившихся к этому походу — галлы, даже слушать не хотел.

— Они прислали гонца с предложением завтра утром сразиться, — продолжил он. — Хочу послушать ваше мнение, где и как дать им сражение, отсидеться в каструме или спуститься в долину?

Заговорили все сразу, причем предлагали одно и то же — спуститься к подножию холма и дать там бой.

Она достаточно широка, длинна и ровна, чтобы в полной мере использовать когортную тактику. Разногласия были только в том, какой легион займет почетное место в центре и примет на себя основной удар. Каждый легат требовал это место для своего легиона.

— А ты почему молчишь? — спросил меня Гай Марий и сам ответил вторым вопросом: — Тебе не нравится это предложение?

— Нет, — признался я.