Пари (СИ)

— Пообещай, — настаивает Катя.

Вместо ответа показываю ей скрещенные пальцы.

Катя выжидает паузу, чтобы убедится, что каждый из нас собирается сдержать слово. А потом вопросительно смотрит в мою сторону, давая понять, что у меня есть право первого слова. Тихий громко фыркает и вскидывает руки, но держит рот на замке.

— Этот придурок — опасен, — говорю именно то, что первым пришло в голову, когда увидела их вдвоем. — Не знаю, что он тебе наплел, но не верь ни единому его слову! Он полный псих!

Хотя говорить это этом — все равно, что называть черное — черным.

— Я опасен?! — Он дергает плечом в мою сторону, но взгляд Кати его останавливает. — Не пошла бы ты, сука, знаешь куда?!

— Игорь! — Наконец, лопается и ее терпение. — Я не позволю тебе разговаривать с женщиной в таком тоне.

Он так неистово сжимает челюсти, что противный скрип зубов заставляет меня сморщиться от раздражения.

— Извинись, — продолжает Катя.

— Что, бля?!

— Извинись, Игорь. Ты мужчина или обиженный маленький мальчик?

Если честно, то я бы никогда в жизни не подумала, что этот безмозглый гамадрил в принципе способен испытывать чувства к живому существу. Он всегда любил только деньги, мог сутками не спать как одержимый только ради того, чтобы урвать какую-то копейку, причем его совершенно не беспокоил коэффициент полезного действия, главным было просто получение выгоды, абсолютно любой.

Но то, как Тихий ведет себя с Катей…

Не могу себе представить никого (даже Лекса), кто бы безнаказанно так с ним разговаривал. Меня бы за такое он давно стер в порошок, причем одним только взглядом.

— Ты ее защищаешь и даже не в курсах, что она такое! — предупреждающе рычит в ответ Тихий.

— Она моя приятельница, — заявляет Катя. — Милая хорошая девушка, с которой, как мы выяснили, у нас много общего.