Пари (СИ)

Но пока мы едем в такси (все наши покупки Лекс с курьером из магазина отправляет в гостиницу), я все-таки разделываюсь с едой и с наслаждением смакую прохладный цитрусовый кофе. Один раз, когда отворачиваюсь к окну, привлеченная красивым пейзажем, Лекс успевает присосаться к моей трубочке, за что получает увесистый щелчок по носу.

— Мальчик повзрослел, а дурная привычка воровать чужую еду никуда не делась, — беззлобно отчитываю я. Но в глубине души мне даже нравится, что хотя бы здесь и сейчас и на ближайшую перспективу между нами установилось хрупкое перемирие.

Раньше меня всегда раздражала его привычка обязательно тащить хоть что-нибудь с моей тарелки, а Лекс, прекрасно зная, как это меня раздражает, все равно продолжал подворовывать. А сейчас кажется, что ничего такого в этом нет — типичная привычка у парочек, и точно не стоит испорченных нервов и недовольного ворчания.

Я осторожно притрагиваюсь губами к соломинке ровно в том месте, где из нее пил Лекс. Чувствую себя полной дурой, когда украдкой провожу по нему языком, пытаясь распробовать на вкус, но еще хуже то, что вся моя маскировка ни к черту, потому что Лекс все это время смотрит на меня хитрым, но почему-то потемневшим взглядом.

— Вот, — нервно сую ему наполовину полный стаканчик, — мне расхотелось.

— Я именно так и понял, да, — довольно лыбится Лекс и аппетитно причмокивая потягивает латте.

И ведь совесть его даже не мучит в этот момент!"

"Мы успеваем приехать за пять минут до сеанса, а потом Лексу еще приходится повоевать, чтобы согнать с нашего места парочку наглых подростков, которые уселись в надежде, что их или никто не выкупил, или владельцы придут уже после начала сеанса и не станут разводить суету.

— Ты мешаешь мне смотреть! — возмущенно шиплю на него, в надежде, что он, наконец, угомонится и перестанет вести себя как ребенок.

— Ты так смешно глаза выпучиваешь, — вместо покаяния выдает новый «комплимент» с Лекс и я, поддавшись импульсу, швыряю в него парочку «барашков», один из которых он умудряется поймать на лету.