Охота на пиранью

Звук словно бы рыскал челноком, как хорошо обученный спаниель на утином болоте, — слышался то слева, то справа, чересчур уж проворно мотаясь над тайгой. Мазур перебрал в уме все марки вертолетов, какие знал, — но определить так и не смог. Начал подозревать, что столкнулся с чем-то экзотическим, вроде одноместного крохи-геликоптера, широко распространенной за рубежом игрушки для богатых. А что, похоже, чуется в шуме мотора некая несерьезность не свойственная тяжелым машинам. Моторный дельтаплан? И это возможно.

Он старался вести людей по самым густым зарослям, потом подумал, что это мало чем поможет, если на вертолете стоят какие-нибудь хитрые датчики. Даже не особенно хитрых вполне достаточно…

И стал почаще поглядывать на небо, пытаясь засечь чертов аппарат. Пару раз казалось, что вот-вот увидит — над самой головой равнодушное металлическое стрекотание, — но неким волшебным образом невидимый пилот ухитрялся уходить из поля зрения.

«Рискнуть? А ведь придется…»

— Сюда, — показал он рукой.

И снял автомат с предохранителя. Они двинулись по широкой пади, перебегая от одной кучки сосен к другой…

Ага! Слева, на большой высоте, их догонял какой-то странный аппарат — без хвоста, без колес, без лыж, больше всего смахивающий на толстый синий ананас, над которым подрагивает туманный круг винта… Что-то никогда раньше…

«Идиот! Надо ж так лопухнуться!»

Мазур припал на одно колено, ведя стволом вслед за проворной машинкой.

Синяя машинка дернулась в воздухе, рывком провалилась вниз, метров на десять, попыталась выровняться. Четвертый выстрел. Длиннющие, тонкие лопасти замерли, вертолетик рухнул метрах в тридцати от Мазура, и он побежал туда, уже все прекрасно понимая.

Оптическая иллюзия подвела. Он невольно искал глазами большой, настоящий вертолет. А был и в самом деле размером с приличный ананас, оттого-то звук мотора и казался непонятным, странным, игрушечным чуточку. И все равно опасным, как гремучая змея. Радиоуправляемая штучка — в последние годы такими, самой разной величины, усиленно вооружаются и армии, и полиции, и даже журналисты. Дешево и сердито.