Наставники Лавкрафта

Что бы это ни было, оно ненавидит меня почти так же, как ненавидело Люка Пратта. И оно кричит на меня."

"На вашем месте никогда бы не стал рассказывать скверные истории о неординарных способах умерщвления людей. А что если тот, кто сидит за столом и слушает вас, устал от своих родных и близких? Я всегда винил себя за смерть миссис Пратт и считаю, что в каком-то смысле был к ней причастен, хотя Богу известно: я не желал ей ничего, кроме долгой и счастливой жизни. Как знать, не расскажи я ту историю, быть может, и она была бы еще жива.

Миссис Пратт была хорошенькой женщиной, обладала мягким нравом и приятным нежным голосом. Но однажды я услышал ее пронзительный крик: когда она подумала, что ее маленького сына убило выстрелом из револьвера – тот выстрелил, хотя все были уверены, что оружие не было заряжено. Так вот, это был точно такой же крик, с характерным усилением дрожи в конце. Вы ведь понимаете, о чем я? Такое ни с чем не спутаешь.

Признаться честно, для меня стало открытием, что доктор и его жена были не в самых хороших отношениях. Даже при мне они время от времени пререкались, и я часто замечал, как краснела и закусывала губу крохотная миссис Пратт, пытаясь не потерять самообладание, в то время как Люк становился мрачным и сыпал оскорблениями. Такое поведение было присуще ему с самого раннего детства, как я помню, и позднее – в школе. Знаете, он же мой кузен. Именно поэтому я был вхож в их дом.

Мы всегда живее припоминаем чужие ошибки, нежели чьи-то умные мысли, не так ли? Я очень часто замечал эту особенность человеческой натуры. Однажды вечером я ужинал с Праттами. Именно тогда и рассказал им историю, которая имела такие последствия… На улице стояла промозглая ноябрьская ночь, море жалобно стонало.

Вы слышите морской прилив? Мрачный звук, не правда ли? Иногда, приблизительно в это время года… Эй! А вот и он! Но не пугайтесь, приятель. Он вас не съест. В конце концов, это всего лишь неприятный звук! Но я рад, что вы услышали его, так как всегда найдутся те, кто подумает, что это ветер, или мое воображение, или еще бог весть что.