Мельничиха из Тихого Омута

И ещё кое-чего по мелочи.

- Восхищаюсь вашей хозяйственностью, - саркастически хмыкнул Кроу.

- С утра пошла в лавку к господину Квакмайеру, - продолжала я, не обращая внимания на его ироничный тон, - и попросила побыть свидетелем при заключении договора. Его и... господина Шолдона. Квакмайер пообещал, что поговорит с ним. На следующей неделе собирались ехать в город.

- Теперь придется искать другого свидетеля, - буркнул судья. - Какая досада!

- Вы не понимаете? - я приподнялась на локтях. - Меня пытались убить после того, как я встретилась с кредиторами мужа, а когда сегодня снова заговорила о договоре по долгу, и сказала, кого хочу увидеть свидетелями со своей стороны - один из свидетелей скоропостижно умер.

- Не думаю, - судья мазнул взглядом по моему корсажу и сразу же отвернулся. - Потому что Шолдон утонул около полуночи. С полуночи до трех, если быть точным. Так что к вашему делу его смерть не имеет никакого отношения.

- Утонул в полночь? И как вы это определили? - поинтересовалась я, не поверив ни одному слову. - Цыганка нагадала?

- Какая цыганка? - он не удержался и опять посмотрел на меня. Вернее - на мою грудь, чуть видневшуюся над вырезом рубашки.

Я села и демонстративно затянула шнурки на корсаже, завязав их на узел и на два бантика.

- Прошу прощения, - сказал судья мрачно. - Не удержался. Но я ничего и не видел, так что не переживайте.

Разумеется, я ему ни капли не поверила, потому что сейчас он смотрел на мои ноги.

А то, что кузнеца убили, я не сомневалась. Как и не сомневалась, что судья ошибся, и убийство имело место именно после моего разговора с лавочником.

- Мой разговор с Квакмайером слышала его дочь, - сказала я, одергивая юбку. - И если вы хоть немного пораскинете мозгами, то поймёте, что я говорю дельные вещи.

Судья подавил вздох, но приготовился слушать. Ну, как слушать - состроил такую скучную физиономию, будто знал заранее, что я только и могла, что выдать какую-то глупость.

- Всё дело в долге, - говорила я убеждённо. - Уверена, что Бриско полностью заплатил плотникам и гончару, но они решили смошенничать и подделали расписку. Им не нужен договор со мной, они пытаются всеми силами не допустить его заключения.