Ловец снов

Джоунси никак не мог взять в толк, как выносят его зубы (и желудок) подобное варварство, но привычка сохранилась едва не с пеленок.

– Надеюсь, ты ошибся, хотя… – Джоунси покачал головой. – Ты когда-нибудь нюхал такое?

– Ну, пердун! – согласился Бивер. – Но дело не только в расстройстве желудка.

– Ты это о чем?

– Видишь ли… Он почему-то уверен, что сегодня одиннадцатое ноября.

Джоунси никак не мог сообразить, о чем толкует Бив. Одиннадцатого ноября они приехали сюда, как всегда, в старом «скауте» Генри.

– Бив, сегодня среда.

Бивер невольно улыбнулся. Зубочистка, уже успевшая треснуть, переместилась в другой уголок рта.

– Мне-то это известно. И тебе тоже. А вот Рику – нет. Он считает, что сегодня день Господень.

– Бив, припомни, что он тебе сказал?

Вряд ли что-то существенное: в конце концов сколько времени может уйти на яичницу? Бив задумался, а Джоунси тем временем принялся мыть посуду. Он ничего не имел против походной жизни, но терпеть не мог разводить свинарник в отличие от многих вырвавшихся на волю мужчин.

– Сказал, что их компания заявилась с утра в субботу, чтобы не терять день. В воскресенье он чинил крышу. И добавил: «По крайней мере я не нарушил заповедь, касающуюся работы в день субботний. Когда заблудишься в лесу, думаешь только об одном: как бы не спятить».

– Ага, – хмыкнул Джоунси.

– Пожалуй, я бы не поклялся под присягой, что он в самом деле считает, будто сегодня – одиннадцатое. Может, он имеет в виду прошлую неделю, четвертое ноября, потому что все твердил о воскресенье.

Джоунси кивнул. Десять дней вряд ли. А вот три… такому, пожалуй, можно поверить.

– Это объясняет кое-что, им сказанное, – начал Джоунси. – Он…

Пол скрипнул, и оба, подскочив от неожиданности, обернулись к закрытой двери спальни. Но оттуда никто не появился. Совсем забыли, что доски пола и стен вечно поскрипывают, даже когда ветра нет. Они пристыженно переглянулись.

– Да, я сегодня на взводе, – сказал Бивер, то ли поняв что-то по лицу Джоунси, то ли верно прочитав его мысли.

– «Не по себе» – это слабо сказано!

– Звук такой, словно он забил в задницу какое-то несчастное создание, погибающее от удушья! – Бив сам удивился собственному остроумию. Они расхохотались одновременно, задыхаясь, зажимая рты, стараясь, чтобы гость не услышал и не понял, что смеются над ним.