Красные туманы Полесья

Он переходил проезжую часть. Люлька зацепила его и сбила с ног.

— Аккуратней, Боря! — крикнул Буторин.

— Какого черта аккуратней! Ты, может, прикажешь мне пропускать пешеходов на переходах? Мы и так время на завале потеряли.

— А ты не хочешь налететь на фрица мотоциклом, а не люлькой? Перевернемся к такой-то матери — и хана операции.

— Ладно, смотри перед собой.

Коган слегка сбавил скорость.

В это время к резиденции уже подъезжали легковые представительские автомобили генерального комиссариата, начальников СС и СД, полиции, машины поскромнее типа «Опеля» и «Фольксвагена».

В 14.30 квартиру покинули и Шелестов с Сосновским.

Они спустились в подвал, дошли до торца. Капитан легко открыл дверь, из-за которой пахнуло нечистотами.

— Говорил же, аромат тут еще тот, — сказал Сосновский, поправляя автомат и подсумок.

— Это еще ничего.

Сосновский, освещая тоннель фонарем, быстрым шагом направился ко второй лестнице. Шелестов, дабы не мешаться, хотел было перейти на другую сторону, но посмотрел на то, что текло у него под ногами, и предпочел идти за Сосновским.

Вскоре они дошли до второй лестницы.

Сосновский посмотрел на нее и сказал:

— Здесь.

Шелестов взглянул на часы.

— Быстро пришли.

Капитан кивнул и проговорил:

— Да, это самый простой этап, дальше будет сложнее. Поднимаемся?

— Давай."

"Сосновский чуть подумал и предложил:

— Может, сначала я? Аккуратно сдвину люк, послушаю, посмотрю. Если меня заметит охрана, то хоть ты останешься живым.

Шелестов усмехнулся и заявил:

— Ты же знаешь, Миша, что не выполнить задание мы не можем. Это будет смертный приговор. Выживем здесь — нас потом свои расстреляют. Пойдем вместе. Нет у нас другого выхода.

— Что ж, ты прав, пойдем. Я впереди, ты за мной.

Они начали подниматься по лестнице, добрались до люка.

Сосновский слегка нажал на него, приподнял, посмотрел во все стороны и шепнул:

— В складе никого.

— Дверь в кухню открыта? — так же шепотом спросил Шелестов.

— Нет.

— А если она на замке?

— Пройдем. Выходим, да?

Шелестов вновь посмотрел на часы.

— Четырнадцать пятьдесят шесть. Пора. Выходим.

Офицеры поднялись в склад, встали по краям двери.