Хмель и Клондайк

А лучше всего – через двор. Там постучишься, они тебя впустят.

– Хорошо, я через двор, – Мила улыбнулась. – Если пойду.

Я, к слову, обнаружил, что она поставила карабин у кровати со своей стороны. И поставила правильно, так, чтобы даже в полной темноте дотянуться безошибочно и спросонья не уронить. И патроны в его патронташе местами поменяла, не так, как я вставил, они теперь. Папа – охотник? Охотники такому не учат. Этому никто не учит, до этого люди сами доходят. Те, кому приходилось ждать опасности. Именно тогда начинают все так продумывать, до самой последней детальки.

И вот это мне кажется немного странным.

Клондайк. Самые события

Вторник. Утро

Когда мы подъехали к Юго-восточным воротам, еще ночь глухая стояла. Пятнадцать минут седьмого в декабре – самая что ни на есть ночь. Морозная, со стелющимся по дороге выхлопом, с еще едва отогревшимся салоном автомобиля. Мы с Дмитрием впереди, Саня с Платоном за нами. «Тревожные рюкзаки» рядком в багажнике, вместе с канистрами. В обрезиненных зажимах над головой у нас с Дмитрием винтовки, у Платона дробовик меж колен стоит.

У въезда в накопитель стояли два грузовика, вполне свежий с виду КамАЗ и интересный грузовик, явно на базе полноприводного «Садко» – с коротким кузовом и пятиместной кабиной. Еще уазик с металлической крышей, на крыше багажник, груженный какими-то мешками, а сзади еще и прицеп. Не сломался бы. Желтый пазик, который шел рейсом, стоял пока у автостанции, принимая последних пассажиров.

Дошла очередь и до нас – в салон посветили фонарями через окна в поисках прячущегося супостата, затем немолодой сержант каждому по очереди протянул машинку для проверки удостоверений, затем сравнил фотографии. Причем сравнивал всерьез, не так чтобы просто мельком глянул. Но претензий к нам не возникло.

Сразу за ними пошла еще темная, разве что местами горят редкие окошки и фонари, промзона Торгового пятачка. Говорят, что раньше тут и правда был просто пятачок, но позднее место полюбилось оптовикам, потому что не надо было проходить утомительный контроль, так что теперь тут все серьезней – и склады, и магазины, и всякий общепит.