История одной (не)любви

Он помнил, как она испуганно вскинула голову. О да, дознавателей все боятся. А она только что использовала магию без согласия пациента. Больше того, вряд ли у нее есть королевский патент на врачевательство. Самое меньшее, что ей грозит, это штраф. Самое большее…

* * *Он зажмурился, отгоняя воспоминания. Усилием воли заставил себя вернуться в настоящее. Тогда она от него сбежала, но теперь не сбежит. Тем более что император Венарий сделал все, чтобы привязать их друг к другу.

— Я оплатил все ваши долги по векселям, — заговорил он усталым тоном.

Дея совсем сникла. Она нервно мяла платочек и не решалась поднять на него глаза."

"— Я жду, — он забарабанил пальцами по столу. — Не вынуждайте меня идти по улице и опрашивать каждого встречного. Поверьте, я могу это сделать.

— Кучеру, — тихо пролепетала она, краснея от собственного падения. — И садовнику.

Ей пришлось уволить их месяц назад, причем, она так и осталась должна по десять лир каждому.

— Хорошо. Кому еще?

— Катарине.

— Сколько?

— За последнюю неделю два лира и десять сье.

Он скривился, разглядывая ее со смесью жалости и презрения.

— Хорошими же людьми вы себя окружили миледи, — последнее слово он произнес, не скрывая издевки. — Мне даже не пришлось наводить о вас справки, местные кумушки сами все разболтали, стоило их только спросить, кто живет в этом миленьком домике с голубой черепицей.

Дея даже представлять не хотела, что ему рассказали о ней. Но настойчивый голосок внутри требовал, чтобы она защищалась.

До боли сжав кулачки на коленях, она подняла на Йеванна твердый взгляд.

— Сударь, я вам благодарна за ваше участие. Но попрошу впредь не попрекать меня вашей помощью. Я о ней не просила.

— Неужели? — он ухмыльнулся, демонстрируя идеальные зубы. — Тогда ответьте на простой вопрос. Как вы собирались жить дальше? Чем расплачиваться за долги?

Она опустила глаза.

— Я бы что-то придумала. Обязательно.

— Например? — он приподнял одну бровь. — Пошли бы собой торговать, раз уж торговать панталонами больше не получается?

От его слов она вспыхнула и вскочила как разъяренная кошка.

— Не смейте! — прошипела, глядя ему в глаза. — Не смейте так со мной говорить! Вы ничего не знаете обо мне!

Она развернулась, чтобы удалиться прочь с гордостью оскорбленной императрицы, но жесткий, ледяной голос заставил ее замереть:

— Сядьте.