История одной (не)любви

Рейвен! Ее родной брат! Он восстал из небытия, чтобы внести сумятицу в ее сердце и душу. Чтобы заставить ее сомневаться. И что в результате? Она снова не знает, где он, что с ним и жив ли он. Но если раньше робко надеялась, что однажды судьба их сведет, то теперь при мысли о брате в груди разливаются холод и страх."

"Так стоило ли им встречаться?

Зачем он искал ее?

Мысли с Рейвена перекинулись на Ниону. Знает ли Йеванн о роли домоправительницы в этой истории?

Дея вдруг осознала, что муж ей так ничего толком и не рассказал.

Сердце девушки сжалось от ревности. Перед глазами, как наяву, вспыхнула та картинка: вот Йеванн в темном камзоле с серебристым шитьем, его спокойное, чуть насмешливое лицо, холодные голубые глаза. Губы, шепчущие что-то на ухо партнерше. Поворот головы…

Вот Лили, словно бы невзначай, поднимает к нему лицо.

— Мамочка!

Дея даже не слышала как скрипнула дверь. Топот маленьких ног и детский возглас вырвали ее из неприятных воспоминаний.

— Милый!

Ноэль, ничуть не смущаясь, вскарабкался к ней на кровать. Светлые волосы мальчика торчали в разные стороны непокорными вихрами. Глаза блестели, как две лакированные бусины, рот улыбался, а на щеках играли веселые ямочки.

Волна облегчения прокатилась по Дее, едва она сжала сына в объятиях.

Что бы ни случилось, Ноэль — ее отдушина, ее красное солнышко.

— Мамочка, смотри, что у меня есть!

Протяну руку, мальчик раскрыл кулачок. На детской ладошке что-то извивалось, светилось и переливалось всеми оттенками золота от бледно-желтого до глубокого багрянца.

— Что это? — Дея склонилась к его руке.

— Саламандра! Мамочка, самая настоящая!

— Дух огня?! — всполошившись, она схватила его за руку.

Он заливисто рассмеялся:

— Нет, мамочка, она не кусается. Смотри!

Ноэль поднес раскрытую ладошку почти к самому ее носу. И Дея наконец-то смогла разглядеть в сияющем блеске странное существо. Крошечная змейка, размером не больше мизинца новорожденного, сотканная из огня и света.

Она находилась в постоянном движении, словно малейшая остановка могла стоить ей жизни.