История одной (не)любви

 — Он не придет больше? Я не хочу, чтобы он приходил!

— Надеюсь, милый.

Голос дрожал. Ожерелье, что еще недавно сжимало горло раскаленным обручем, сейчас немного остыло и продолжало остывать с каждым вдохом. Дея провела по нему дрожащими пальцами. Но не нащупала ни граней алмазов, ни звеньев цепи.

Сглотнув, она еще раз прошлась рукой по шее и верхней части груди.

— Катарина, — произнесла слабым шепотом, — посмотри, что у меня… Где ожерелье?

— Миледи… его больше нет, — Катарина в полной растерянности склонилась над ней.

— Узоры? — эхом откликнулась ворожея. — Какие?

— Не знаю, это похоже на ожоги, но они очень быстро заживают. Только шрамы остаются…

Дея приказала ей отстраниться и поднялась. Ноги не хотели держать, но она все-таки сумела дойти до туалетного столика и, упершись на него руками, заглянула в зеркало.

В разорванном вороте виднелась шея и верхняя часть груди. Катарина была права: лаир исчез, растворился, слился с плотью, а белоснежную кожу теперь покрывал сложный узор из колец и спиралей.

— Этого в книгах не было… — пробормотала Дея, вглядываясь в зеркало.

— Миледи… — робко заговорила Катарина. — анайх, о котором говорил ваш брат… это же милорд Йеванн?

— Надеюсь.

Дея выпрямилась и посмотрела на сына. Внимание мальчика уже перекинулось на букашку, что ползла по столу.

Подойдя к Ноэлю, Дея опустилась рядом с ним на колени, погладила его детские пальчики и мягко спросила:

— Милый, скажи мамочке, что ты сделала с сэром Рейвеном? С его рукой.

— Это не я, — он качнул головой.

— А кто?

— Он, — мальчик поднял руку, указывая на что-то за спиной матери.

Дея обернулась, но сперва ничего не увидела. Минуту спустя ее глаза настроились на невидимый мир, и девушка ахнула.

Над стулом Рейвена стоял, покачиваясь, голубоватый воздушный вихрь высотой с человека.

— И как он это сделал?

— Не знаю, — Ноэль пожал плечами.

— Да, милый, мне тоже…

Вздохнув, Дея прижала сына к себе и поцеловала в макушку.

— Ты же не сердишься? — засопел он ей в грудь.

— Ну что ты! Как я могу сердиться на тебя? Ты все, что у меня есть.

Узор на шее отозвался легким покалыванием. И Дея несмело добавила:

— Ты и… Йеванн.

Глазами отыскала Катарину и послала ей ободряющий взгляд.