Я подарю тебе боль

Что кто-то другой трогает её, целует, ласкает…

Он горел, охваченный ревностью. Умирал от отчаяния. Злился на себя за то, что все это испытывает…

Насколько проще ему было без неё жить! И каким же он был пустым без всех этих чувств! И даже этого не осознавал…

Ян неловко топтался у подъезда. Шёл снег, температура упала до минусовой отметки. Мерзли руки, которые он напрасно пытался согреть горячим дыханием…

Набирал ей уже несколько раз. Она не отвечала, сбрасывала…

Но он готов был стоять здесь, пока не превратится в глыбу льда.

Его бросало на эмоциях, как на качелях: от острой потребности увидеть её хоть на миг до гордого желания развернуться, уйти, заставить её пожалеть, что так с ним обращалась…

Он как раз был на пике ненависти к самому себе, когда она наконец выплыла из снежной пелены…

И сразу ушли все мысли, все эмоции, кроме одной…

Сердце замирало, сладко ныло от предвкушения, пело от нежности. И что толку было себе врать, будто может уйти отсюда, будто может без неё прожить?.

Она приближалась. Одета была в самый простой пуховик и джинсы, но казалась ему все равно прекраснее всех на планете, да что там – во всей Вселенной!

Снег хлопьями падал на её светлые волосы и он поймал себя на мысли, что она и впрямь – настоящий ангел…

Вот только стоило ей его увидеть – и она раздражённо поморщилась.

- Ян! Ну что тебе опять тут надо? Я же просила больше не приходить!

Он сглотнул.

- Не могу, - выдохнул в ответ. – Без тебя не могу.

Она лишь закатила глаза. Нарочито устало вздохнула…

- Остынь уже, а? Ну было у нас разок – это вообще ничего не значит!

- Для меня – значит! – возразил он горячо, отчаянно. – Ну что мне сделать, чтобы ты согласилась со мной встречаться?

Она махнула рукой, словно отгоняла от себя надоедливую муху.

- Боже, ну сколько можно? Я же тебе объяснила – меня сопливые мальчишки не интересуют! Встречаться он хочет, ха!

Она и впрямь рассмеялась – издевательски, презрительно, но для него даже этот смех звучал, как музыка.

Ян вдруг осознал, что она даже не пытается ему понравиться, хотя другие девчонки при виде него постоянно строили глазки, глупо хихикали, краснели…

Только она была с ним такая, какая есть. Говорила все, что думала. И его это странно привлекало.

А она продолжала…

- Ян, не смеши, умоляю.