Я больше тебе не враг (СИ)

Потом я готовлю ужин из того, что нахожу в холодильнике. Там негусто – только то, что Кирсанов заказал в последнюю доставку, но этого хватает и на жаркое, и даже на румяный пирог.

Когда Максим возвращается домой, у меня накрыт стол. Пусть скромно, но с любовью.

— Как в старые добрые времена, — улыбается он, протягивая мне огромный букет, – только не реви!

— Не буду.

— А я говорю, не реви.

— Не буду-у-у-у…

— Тася!

В общем, гормоны штука веселая. Я еще дважды за вечер срываюсь на слезы. Один раз, когда мы перебираемся к телевизору и попадаем на финальные кадры какой-то романтической мелодрамы, а второй, когда Максим спрашивает, в какой комнате будем делать детскую.

Зато вечером, когда наступает время сна, а Кирсанов не уходит и вместо этого ложится рядом, притянув к себе под бок, я расплываюсь в счастливой улыбке и обнимаю его крепко-крепко.

— Задушишь, — смеется он.

— Я просто боюсь, что это сон, что ты исчезнешь.

— Никогда, — с этими словами накрывает мои губы своими, и все тревоги отступают.

Его поцелуй долгий и нежный, прикосновения полны страсти, и в тоже время бережные и аккуратные, словно я хрустальная статуэтка, которая может разбиться от неосторожного движения.

Я задыхаюсь от любви, от ощущений, что лавиной накрыли с головой, и от осознания того, что мне чертовски повезло с мужчиной. Он самый лучший, и я приложу все силы, чтобы сделать его счастливым и искупить все то, что натворила.

Глава 16

Дальше нас ждал очень непростой период, когда пришлось заново выстраивать отношения.

Кирсанов просто сказал: моя, не отпущу.

А я ответила: твоя, не отпускай.

Вцепились друг в друга, как две пиявки, и не разодрать, не растянуть в стороны.

Свое обещание он сдержал и отправил Сашку далеко-далеко. Она не сопротивлялась, позвонила мне только один раз, уже когда приехала на место, и спросила:

— Ты счастлива?

— Да.

— Береги это счастье.

— Буду стараться. А как ты?

— А у меня все впереди. Если что понадобиться – только позови.

И хоть у нее беда с эмоциями, хоть она совершенно не умеет их показывать, я знала, чувствовала, что она рада. И что она всегда будет за меня…какую бы фигню я бы не натворила. Моя единственная, такая же бедовая, как я сама, подруга.