Я больше тебе не враг (СИ)

— Я, конечно, немного в шоке…да что уж скромничать в диком ахере я, с того самого момента, как узнал о ваших кознях… но я уверен, что справимся.

— Прости меня, я такая… — у меня даже нет слов какая. Все они слишком мягкие, чтобы передать полную глубину моего безумного великолепия.

Кирсанов усмехается:"

"— Зато взбодрила. Жил я себе, жил скучной жизнью богатенького буратино. Ни тебе эмоций настоящих, ни развлечений, а тут на тебе Максимка Американские горки в самом дурном исполнении, чтобы рожа не такая довольная и румяная была.

Я краснею, а потом буркаю:

— Я старалась, как могла.

— Я уже понял, — снова короткий смешок, — Видать, в прошлой жизни я очень сильно нагрешил, раз мне досталось такое сокровище.

— А я рада, что мне достался ты.

— Угу. Где еще такого доверчивого дурака найдешь, да, Тасенька?

— Ты не дурак. Ты самый лучший из мужчин.

Это не лесть и не желание подмазаться, это констатация факта.

— Ладно, Тась, — устало выдыхает, прижавшись лбом к моему виску, — закрываем эту тему.

Попробуем сделать вид, что ничего не было. Сама понимаешь, время нужно, чтобы заново построить все то, что распалось.

— Понимаю.

— И у меня будет условие – никакой Алексы. Что хочешь делай, но, чтобы ее в радиусе сотни километров не было.

Я сдавлено киваю. Он в праве этого требовать.

— Ты ее отпустишь?

— Уже отпустил. Ее отвезли на вокзал, посадили в поезд и отправили из города. Это максимум доброты, на которую я способен в данной ситуации.

У меня наворачиваются слезы:

— Спасибо.

— Пусть уезжает и живет где-нибудь вдалеке.

Хоть на Гондурасе, хоть на Колыме. Терпеть ее поблизости я не стану, даже ради тебя. Можешь даже не заикаться об этом.

— Я понимаю.

И Сашка поймет. И будет рада за меня. Я знаю. Мы навсегда останемся родными, даже если не сможем быть рядом.

Чуть позже Максим уходит на работу, но перед этим выкладывает на тумбочку ключи, словно дает мне выбор – дождаться и сбежать, воспользовавшись его отсутствием.

Я не собираюсь никуда сбегать. Меня трясет от того, что я здесь, в этом доме.

Прохожусь по комнатам, заглядываю в полупустые шкафы, нахожу на верхней полке наши фотографии. Не выкинул… От этого щемит в груди и на глаза снова наворачиваются слезы, только в этот раз на губах улыбка. Я начинаю верить, что все это не сон.

Чтобы как-то скоротать время до возвращения Кирсанова, я принимаюсь за уборку. Оказывается, это дикий кайф, когда можешь навести порядок в том месте, где твое сердце ликует и чувствует себя дома.