Вторая молодость Фаины (СИ)

Правда был риск, что там людей много, но я решила, что воспользуюсь своей дворянской привилегией, и «пролезу» без очереди.

Больница, в которую мы приехали, располагалась ближе к окраине города.

«Да, — подумала я, — доктор хороший, а больница не очень». Меня поразила толчея в приёмном покое. Я порадовалась, что оставила Полину с охранниками и сначала решила пойти сама, чтобы выяснить что там и как.

Ещё раз поразилась тому, как работает сословное уважение. Передо мной расступились, пропуская меня внутрь.

В противоположной от двери части этот холла я увидела стол, за ним сидел молодой человек в белом хирургическом халате с уставшим лицом, возле него с другой стороны стола сидели двое.

Я так поняла, что скорее всего молодой человек либо помощник доктора, либо сам доктор, работающий в этой больнице, и он «фильтрует» тех, кто пришёл, определяя куда кого направить. Было странно, что он был один, потому что людей было много. Было очень неловко идти в обход всех, но никто меня не задерживал, и я решила подойти ближе. Возле стола я остановилась, и даже покашляла, но доктор никак не отреагировал.

И тогда решила себя обозначить и требовательно произнесла:

— Добрый день.

Доктор поднял голову и удивлённо на меня уставился. Конечно, я разительно отличалась даже от тех, кто сидел на стульях, потому что платья и костюмы Фаины были почти новыми, модными и сделаны дорого. И, конечно, моё появление явно не вписывалось в его представление о том, какие у них здесь обычно пациенты.

—Добрый день, с-сударыня, — растерянно произнес доктор, — а вы к кому?

— Я к Николаю Фёдоровичу Амосову, — назвала имя доктора, которое получила от Раисы Леонтьевны.

—А по какому вопросу? — задал, видимо, привычно-стандартный вопрос, доктор приёмного покоя.

Поняв, что моё «дворянское нахальство» сработало, и никто не собирается «ставить меня в конец очереди», я ответила:

—  У меня ребёнок, нужна консультация

Взгляд молодого врача стал ещё более удивлённым.  По все видимости, в эту больницу дворяне редко захаживали, или вообще никогда.