Вторая молодость Фаины (СИ)

Наша задача на этой встрече, выслушав претензии князя, и подтвердить свою позицию.

Иван отнёсся серьёзно к планирующейся встрече, спросил:

— Фаина Андреевна, может что-то надо определённое сказать или посчитать?

— Нет, Иван, — одобрительно улыбнулась я, —вы, ты и Вера, может, даже ни одного слова не произнесёте, но имея вас с законником Головко за спиной, мне будет спокойнее.

Когда мы прибыли в дом Нурова, мне передали несколько записок. Одна из них была от Петра Васильевича Орлова, он всё ещё не оставлял надежды, что я в этот вечер снова останусь в Екатеринбурге и окажу ему честь, согласившись пойти с ним в Оперу на известного столичного тенора.

Далее была записка, которая в целом была адресована не мне, а Вере. Я читать её не стала, сразу передала ей. Написал её некий Владимир Иванович Милонов. Взглянув на Веру, на щеках которой вспыхнул румянец, я спросила:

— А не тот ли это приятный молодой человек, с которым ты отплясывала котильон?

— Фаина Андреевна, не смущайте меня, — попросила Вера, ещё больше порозовев, из чего я сделала вывод, что розовеет она не от смущения, а от того, что рада, что ей написал понравившийся мужчина.

— Вера, ну кто же тебя смущает? Наоборот! Расскажи, если не секрет, — я была рада, что нашёлся человек, способный заставить порозоветь от удовольствия строгую и, увлечённую исключительно работой, Веру Богдановскую."

"Оказалось, что да, это действительно тот самый молодой человек. У него своё адвокатское бюро, семейное, он помогает отцу. Но и сам уже заработал себе имя, в городе пользуется уважением. И он тоже приглашал Веру Евстафьевну в Оперу.

— Вера, а ты хочешь пойти в оперу? — спросила я.

Вера снова вспыхнула, но ответила разумно:

— Одна я в городе не останусь, да и вечерних туалетов мы с вами не брали, чтобы в Оперу ходить. Если только вы сами хотите...

— Это верно, — согласилась я, — ну, раз не брали, тогда и думать не о чем. Но ответ своему Милонову всё-таки напиши.

— И вовсе не мой он, это что это вы обо мне подумали, Фаина Андреевна! — возмутилась Вера.

— Ничего я не подумала, — сказала я, — почему бы не ответить? Если он умный, то поймёт.