Бандеровский схрон

В основном сидели на базе, вели разведку прилегающей местности, ловили радиопереговоры немцев, из которых черпали неутешительные сведения о положении на фронтах.

Хлопцы дважды нападали на небольшие немецкие обозы, солдат отпускали, а конфискованное добро волокли на базу. Мести немецкого командования Бабула тоже не боялся. Не будут немцы распылять силы, гоняться за теми, с кем могут договориться.

Сами виноваты. Могли бы еще в сорок первом дать добро на создание пусть не формального, контролируемого, но все же украинского государства.

Сейчас действовали бы мощным фронтом, поставили бы непробиваемый заслон большевикам.

Недальновидные глупые люди. Завоевали цивилизованную Европу, а на дикой России споткнулись. Пусть теперь и пожинают плоды.

База отряда по-прежнему располагалась на хуторе Рогуч. В окрестных селах сидели наблюдатели. При малейших признаках опасности кто-то бежал на хутор, предупреждал. Пока обходилось.

Единственный неприятный случай произошел в январе, по свежему снежку.

Весь отряд едва не полег. Хорошо, что перед этим хлопцы обнесли очередной немецкий обоз, конфисковали десяток зимних маскировочных халатов.

Партизаны не заметили передовой дозор. Их было не меньше дюжины. Шли они к железнодорожной ветке на Канюк, хотели провести диверсию перед проходом немецкого эшелона с «Тиграми». Попутно решили уничтожить базу Бабулы, о которой как-то пронюхали. Выдал кто-то из сельчан.

Дозорные увидели их, послали бойца в обход на базу, а потом ударили в тыл партизанам.

Бой продолжался полчаса. Погиб весь дозор, но партизаны не прошли к хутору. Хлопцы навалились на них с двух сторон, открыли кинжальный огонь из «MG», крошили красных, как капусту. Несколько человек укрылись в овраге и отстреливались. Их забросали гранатами. Положили всю дюжину, потеряли четверых.

Хлопцы обнаружили в куче трупов двух раненых партизан, привязали их к деревьям и мучили, пока те окончательно не преставились.

После этого по лесу несколько дней ходили дозоры.

Агенты в селах глядели во все глаза. Вроде обошлось. Красные так и не выяснили, где полегла их диверсионная группа и что вообще с ней случилось.

В остальном все было тихо. Бабула принял пополнение – шестерых бойцов, сбежавших из разгромленного куста «Берзина». Его люди укрепляли лагерь, установили тройную систему сигнализации. Только на хрена, спрашивается?

Пришла весна, раскисли дороги. Немецкие обозы теперь ходили под надежной охраной.