Бандеровский схрон

Росла гора готового топлива, а количество чурок, наоборот, сокращалось. Зачем соседке столько дров в разгаре лета? Нет, язык не поворачивался спрашивать.

Он сделал передышку, присел на чурку.

Подошла Кира с той же кружкой.

– Опять не водка? – проворчал Вадим.

– Вы пьющий? – спросила Кира.

– Нет. – Он помотал головой. – Вчера не выпил ни одной.

– Во имя партии родной? – Женщина прыснула.

– Нет, по убеждению. – Он слегка приукрасил.

– Надо же, какая вы находка. Устали? – Она пытливо посмотрела ему в глаза.

– Есть немного, – признался Вадим.

– Да, такое случается. Мне тоже иногда очень хочется побыть слабым мужчиной. Но не могу, должна держать фасон. Вы еще и курите? – Она манерно ужаснулась, когда он вынул из кармана мятую пачку. – Мало того что пьете.

– Не поверите, Кира, я еще и ем.

– А вот это, боюсь, нам предстоит не скоро. – Она задумчиво посмотрела на силуэт тети Таси, мелькающий за окном. – Не хочу вас расстраивать, Вадим, но она готовит вам фронт работ в подвале. А там такой бардак!

– Может, сбежать? – Он с отчаянием посмотрел ей в глаза.

– Не поможет. Все равно найдет.

– Да уж, попал. Что предлагаете? Вы по-прежнему уверены, что она замечательная женщина?"

"И все равно ему было хорошо! Даже от этой усталости становилось приятно.

– Не волнуйтесь, я проведу с ней переговоры, – заявила Кира. – Мы попробуем перенести подвал на завтра. Но с дровами придется закончить сегодня.

– Я понял. – Он пружинисто поднялся и продолжил работу.

Осталось несколько чурбанов.

– Ой, Вадик, милый, спасибо, что все переколол! Что бы я делала без тебя? – запричитала подбежавшая соседка.

Она убежала, он волком смотрел ей вслед.

Кира загибалась от хохота, потом вытерла слезы, поднялась.

– Я помогу тебе. – Она и не заметила, как перешла на «ты». – Хоть какая-то от меня польза.

– Спасибо, я сам, – проворчал он, собирая в охапку разбегающиеся дрова.

«Интересно, наступление вечера – повод прекратить этот террор?» – подумал капитан.

Кира помогала ему, таскала дрова в поленницу, а он уже не в силах был запретить ей делать это. Непривычное занятие – физический труд. Это не спецназом в тылу врага командовать!

– Все, – пробормотал он, забрасывая на гору последнюю расколотую чурку. – Ухожу, не прощаясь. Как стемнеет, на озеро пойду, отдохну хоть немного.