Астрид - хозяйка Рождества

 — Я думала, что с вами произошла беда!

— Я прошу вас, моя дорогая, не стоит так нервничать, — Эрлинг взял мои руки в свои и рассмеялся. — Нашу компанию трудно обидеть.

Все прошли в гостиную, и мужчины рассказали нам, что произошло.

Нилсу удалось проникнуть в дом глубоко за полночь, а до этого они прятались в охотничьем домике на территории поместья Расмуссен. Он разыскал повара и тот рассказал, что они обнаружили с бароном в подвале, после чего провел его к отцу. Барон отдал Нилсу бумагу, которую взял у нотариуса и предупредил, что вернется домой утром, чтобы Тильда и ее сынок ничего не заподозрили.

— Неужели в подвале есть еще чье-то тело? — ужас охватил меня, стоило только представить, какие мерзости творила Тильда. — Но кто этот бедный человек?

— Не знаю, — герцог пожал плечами. — Насколько я понял, кто-то из слуг. Это женщина.

— Это так страшно… — протянула Сесиль, прижимаясь ко мне. — Она действительно безумна!

— И, к сожалению, похоже, и Валентин тоже, — подал голос Агнар. Его глаза наполнились грустью, и я поняла, что ему действительно жаль брата.

— Надеюсь, отцу удастся уйти оттуда, — я все равно переживала о нем. — И какие наши дальнейшие действия?

— Дождемся, когда барон вернется домой, и сразу же отправимся в участок, где он расскажет, что видел в подвале дома графа Расмуссена, — ответил Эрлинг. — Он свидетель. Хорошо было бы привлечь и повара, но думаю, он даст свои показания, когда найдутся трупы.

"Вскоре мы разошлись по спальням, но вряд ли кому-то удалось уснуть после всех ночных переживаний. Я до самого рассвета просидела над колыбелью, глядя на мирно спящего Бернарда, и думала о его судьбе. А что если он унаследовал болезнь своей бабки? Хотя, судя по рассказам слуг, мой покойный супруг был своеобразным мужчиной, но он явно не был безумцем…Но кто мог дать гарантии, что безумие не передалось через поколение? Я ничего не смыслила в психиатрии, и оставалось только надеяться, что мальчик здоров.

Барон приехал, как только мы уселись пить чай. Он вошел в гостиную и, сняв шляпу, виновато посмотрел на меня.

— Астрид…

— Мы поговорим с вами потом, — я поднялась и подошла к нему. — Несмотря на ваш безрассудный поступок, я благодарна вам и очень горжусь вашей смелостью.

Он мял поля шляпы и молчал, часто моргая, чтобы скрыть слезы.