Развод. Без права на прощение

Я помню все ещё как это работать и пахать помимо работы. Но я не могу понять почему при меньших бедах, а это моя послеродовая усталость, это крики детские, он решил сдаться. Вот за то, что он тогда рвал жилы, а сейчас решил что прокатит, я его из-за этого не понимаю…

Я присела возле Лины и потерла лоб запястьем.

— Для меня это знаешь предательство. И я могу получить все что захочу, но мне это не надо, потому что не в этом, бизнесе, разводе, деньгах кроется прощение.

Я зашлась рыданиями и Лина беспомощно взмахнула руками. Постаралась обнять меня, но я покачала головой и постаралась успокоится.

Герман даст все, что я попрошу, даже развод, но мне нужно было больше.

У меня был шикарный план. Накопить денег и уйти, но Герман и его испортил, дав мне все и прося только оставить ребенка и теперь мои планы летели к чертям.

В пять вечера я получила сообщение от мужа, чтобы не дергалась, он сам заберёт Мирона из садика, а я и не дёргалась. Сидела на террасе в окружение драцен. которые я вынесла, чтобы завтра они увидели солнечный свет.

Когда муж приехал, между нами возникла какая-то пропасть. Мы без слов понимали к чему все шло. Всю ночь я снова не могла уснуть, а утром Герман сказал за завтраком:

— Тебе надо приехать ко мне в офис, бумаги переоформить…

Глава 41

Я от такого заявления растерялась и уронила ложку в овсяную кашу.

— Так быстро? — спросила я, вытирая салфетками молочные брызги со стола.

— Можем подождать пока Мирон вырастет и съедет от нас, — отозвался Герман и наконец-то отобрал у сына солдатика и кинул через всю кухню в раковину.

— Нет, но я не думала, что это все так экстренно… — вяло сказала я, начиная мямлить.

— А у тебя планы на сегодня? — осведомился Герман, прерывая надвигающуюся истерику Мирона по поводу игрушки путём показа упаковки с мармеладками мишками. Он взял троих и засунул сыну в тарелку. Сказал: — Ешь быстрее, а то медведи утонут в каше…

Я уронила лицо в ладони, поражаясь анти таланту Германа в воспитании детей.