Злодейский путь!..

В нем что-то… словно бы очень отличное от нас.

Муан покачал головой, не зная, что на это ответить. Шен для него оставался загадкой. Чувствовал ли он удовлетворение от того, что и другие замечали эту странность? Кто знает.

Эра поднялась на ноги.

- Мне нужно работать, - решительно произнесла она. – Школа сама себя содержать не будет.

Было заметно, что она злится. Впервые ее прямолинейный брат что-то от нее утаивал, и это было совсем не приятно. Этот человек, лежащий сейчас без сознания, словно бы вмешался в их чуткие семейные узы.

Эра вышла, хлопнув дверью.

Муан перевел взгляд на Шена и еще раз вгляделся в его золотое ядро. И неожиданно для себя осознал, что способен увидеть его лучше прежнего. Раньше чужое золотое ядро виделось смутным размытым образом, скорее ощущением силы, чем наглядной иллюстрацией. Сейчас же он видел его практически так же хорошо, словно внутренним взором смотрел на свое собственное.

И то, что он видел, внушало не просто опасения, оно внушало настоящий страх. Словно смертоносные щупальца болезни в золотое ядро впивались две темные силы, отличные друг от друга, но обе черные и губительно-опасные. Одной из этих сил было проклятье Глубинной тьмы, а другой – темная демоническая энергия. Они словно раздирали золотое ядро на части, и света в том становилось все меньше.

"Шен пришел в себя и резко подскочил, закашлявшись. Его замутненному сознанию все еще казалось, что он пребывает в воде. От столь стремительного движения голова взорвалась болью. Эта боль вызывала тошноту. Шен обхватил руками голову, согнувшись и тихонько зарычав.

«Судя по ощущениям, я жив», - самым безрадостным образом определил он.

- Эй, - кто-то дотронулся до его плеча. – Лучше приляг.

Шен схватил эту руку, выворачивая кисть в захвате. Муан не издал ни звука, но чуть изменился в лице.

- Оу, - произнес Шен, выпуская его кисть. – Извини.

Он посмотрел на Муана, который сидел рядом с ним, в данный момент – чуть склонив голову и шипя сквозь зубы.

- Плохая реакция, - заметил Шен.

Муан прекратил упражняться в терпении и поднял голову, вперив в Шена разозленный взгляд.