Женаты поневоле

- А как вы вообще поженились?

- По ошибке, - нервный смешок все же пробивается. - Случайно.

Адамиди скептично смотрит на меня, давая понять, что ждет продолжения.

- Отец хотел выдать меня замуж за партнера. А я не хотела. Вот и договорилась с левым парнем, чтобы фиктивно расписаться и сделать постановочные фото, которое выложу в сеть.

- И что, отца твоего это бы остановило?

- Скажем так, репутацию бы подпортило, а Павлов, он… Он вроде повернут был на том, чтобы невеста была девицей на выданье или что-то вроде того.

Назар задумчиво трет лоб.

- Павлов, говоришь… А Мир здесь при чем?

- Так перепутала Рита, моя подруга, парней. А Мирон зачем-то паспорт отдал у подпись поставил.

Какое-то время он молчит, а затем фыркает.

- Знаешь, а я не удивлен, - выдает Назар. - Только мой брат мог вот так вляпаться. Опять небось на сиськи чьи-то засмотрелся. - Затем кидает на меня косой взгляд, - Извини.

- Да ладно, я же все понимаю, - вздыхаю. - Его не переделать. Бабник он и есть бабник.

Назар не спорит, и мне почему-то становится не по себе. Возможно, я ждала, что он сейчас начнет спорить со мной, убеждать, что чем-то я его все-таки зацепила. А нет.

Когда молчание затягивается, к нам выходит хирург. Выглядит он уставшим и каким-то недовольным.

- Кто тут родственники Адамиди?

- 27 Варя -

- Я! - тут же подскакиваю к нему. - Я жена!

- Жив ваш муж. Слаб, но справился.

У меня гора с плеч сваливается. Пружина внутри, наконец, распрямляется, и я могу нормально дышать.

- А когда его можно будет увидеть? - спрашиваю, хотя хирург уже собирается уходить.

- Не в ближайшее время. Сейчас он спит. Зачем?

- Мне очень очень надо, - прошу со слезами на глазах. - Хотя бы несколько минуточек!

- Пожалуйста, они только поженились, - вмешивается Назар. - Она только посмотрит, а то ведь спать не будет - останется ночевать у вас тут под окнами.

Врач одобрительно хмыкает, но все же кивает.

- Я вас отведу в реанимацию, но только на пару минут!

- Да обещаю!

Мне действительно становится легче, но стоит только увидеть Мирона, как чувство вины возвращается и придавливает меня, словно бетонной плитой.

- Он вас вряд ли слышит, - тихо добавляет хирург. - Но кто знает.

Осторожно Подхожу к мужу, смотрю во все глаза, и снова вижу, как кровавое пятно расплывается на его футболке, как он оседает и бормочет странное. А в конце и вовсе улыбается, говорит, что я красивая.