Училка моего сына (СИ)

— Чтобы меня любили? Думаешь, это так уж прям важно?

— Это ты у себя спроси... - выговариваю не слишком доброжелательно.

Забывшись, тру лицо ладонями. Где Богдан? Надо его дождаться и как-то уговорить Кабирина, что мы уехали домой, потому что он — еще тот манипулятор, а мне нужно спокойно отдохнуть. Спокойно — а не в его доме и не под его давлением.

— Ты макияж размазала, — замечает Захар, а сам на губы мои пялится.

Вроде бы серьёзный разговор происходит, а он опять... Что в головах у этих мужиков?

— Где умыться можно? — спрашиваю я.

— Пойдём покажу, — с этими словами Захар отводит меня в ванную.

И, к счастью, оставляет одну. И правда — на кого я похожа? Под глазами всё черное, вид откровенно затравленный и несчастный. Удивительно, как Захар меня еще хочет...

Тщательно умываюсь и вытираюсь. Вроде становится полегче. Смотрю на себя внимательно в зеркало. Это всё, что между мной и Кабириным, надо прекращать. Не потяну я его. Слишком сложный. И он меня — тоже не потянет. Слишком я правильная. ""А если забеременела?!"" — накрывает паническая мысль.

Выползаю из ванной. Оглядываюсь. Кабирина нигде не видно, а в гостиной возле дивана замечаю школьный рюкзак. Это Богдана рюкзак, узнаю знакомую вещь. Где мой брат? Может, на кухню пошли? Вспоминаю, где здесь кухня. Тащусь туда.

— Лия! — чуть не сбивает меня с ног Богдан, бросаясь ко мне.

Он что-то активно жует, а Захар чай заваривает.

Детские руки обхватывают меня, а лицо утыкается мне в живот.

— Я так испугался, что больше тебя никогда не увижу... - говорит Богдан.

А я... Я даже не знаю, что мне ему говорить. Ведь я не знаю, на каких условиях вернули брата.

— Нормально всё, — вмешивается Кабирин, — Иди ешь.

Это он адресует Богдану, потом обращается ко мне.

— Лия, ты тоже садись. Ты ела что-нибудь сегодня? Бледная какая...

— Нет, не ела, — признаюсь я, потому что врать глупо.

У меня такое чувство, что я в обморок свалюсь.

— Садись тоже. Кормить вас буду. Богдан, дай сестре поесть, а то ей уже плохо от голода, — с удивлением смотрю на Кабирина.

Такой Захар мне в диковинку.

Но послушно сажусь за стол. Ем, что дали, и смотрю, как жадно набросился на еду Богдан. Сейчас же вечер уже, а он целый день непонятно где и как.

— Тебя не обижали? — спрашиваю у брата.

— Нет, — отвечает он поспешно. Не хочет, чтобы я волновалась, — Но я домой хотел... И... К тебе.