Трофей императора

На какой-то краткий миг в ее уставшем мозгу мелькнула предательская мысль: а может, стоит вернуться?

Но эта мысль была тут же отброшена прочь.

Нет, никогда! Лучше она умрет, пытаясь добраться до дома, чем вернется туда, где ее растоптали.

Ее отяжелевшие веки сомкнулись, и на ресницах показалась слеза.

Спустя минуту принцесса провалилась в глубокий сон без сновидений.

Ее разбудило яркое солнце, бьющее прямо в глаза, и громкий щебет птиц.

Ленси прикрыла веки рукой, слабо соображая, что происходит. Потом медленно села, оглядываясь вокруг.

Она не знала, сколько времени проспала, но сомнительный отдых не пошел на пользу ее измученному телу. Казалось, что у нее болит все, что только может болеть.

С трудом поднявшись, девушка раскрыла сумку дарга, достала хлеб, кусок ветчины и приступила к нехитрому завтраку, с усилием проталкивая пищу в пересохшее горло. Есть не хотелось, хотелось упасть и лежать. Но она заставила себя прожевать каждый кусок, а потом запила двумя глотками из фляги.

Слабое вино немного ударило в голову, и к концу завтрака Ленси почувствовала себя почти хорошо.

Кстати, о теле.

Кожа девушки под одеждой стала липкой от пота и нещадно чесалась. Лицо, измазанное золой, тоже зудело. Но больше всего беспокоили ноги.

Ленси с трудом стащила с себя сапоги. Размотала ткань, которую навертела на ступни, и с ужасом поняла, что стерла пятки до крови. Раны были небольшими, но очень болезненными, и отчаянно саднили при любой попытке к ним прикоснуться.

"Девушка поняла, что при всем желании не сможет обуться. Ей или придется идти босиком, или сидеть здесь и ждать, пока натертые места заживут.

Но ни один из этих вариантов не был идеальным.

Немного поразмыслив, Ленси нарвала травы, помяла в руках, пока она не пустила сок и не стала мягкой, а потом приложила к ранам и снова замотала ноги плотным сукном. Теперь, по крайней мере, боль можно было терпеть.

Солнце уже перевалило через зенит, когда она снова пустилась в путь.

***

Весь день она шла, не меняя направления, строго на север, туда, где проходила граница между Ламаррией и Ремнискейном. Лес оказался светлым, сухим и почти безопасным. Кроме щебета птиц да шуршания мелких зверьков в лесной подстилке она не заметила других признаков жизни. Но один раз ей пришлось срочно искать укрытие, когда все звуки в лесу внезапно стихли, а небо над головой закрыла гигантская тень.