Трофей императора

Как вообще слабая девчонка смогла расколоть голову дарга, будто пустой орех? Вероятно, ей кто-то помог…

Значит ли это, что Арману стоит опасаться этого неведомого защитника?

Вопросов было больше, чем ответов, и с каждым новым ответом вопросы только росли.

Но главным был только один: что делать дальше? Лестор мертв, девчонка исчезла. А это значит, что у него нет никаких рычагов давления на императора.

Но признавать себя проигравшим Арман не собирался.

Нужно всего лишь найти девчонку раньше, чем ее найдут ньорды.

Приняв решение, он выбрался из пещеры на базальтовую площадку, заканчивавшуюся резким обрывом. С другой стороны была крутая тропинка, вившаяся среди обломков скал, покрытых серо-зеленым мхом. Именно по ней и спустилась принцесса. Но Арману эта дорожка была не нужна.

Он подошел к краю площадки, скинул одежду, свернул ее в аккуратный рулончик и привязал к запястью особой веревкой. А потом, раскинув руки, как крылья, бросился со скалы.

С минуту гибкое, обнаженное тело дарга свободно падало вниз, но вот его объяло сияние, такое яркое, что оно могло бы ослепить случайного зрителя.

Глава 20

Утро Валенсия встретила посреди леса. Почти всю ночь она шла, ориентируясь по звездам, но ближе к рассвету ее тело, непривычное к долгим прогулкам, начало понемногу отказывать. Горели пятки, натертые неудобной обувью, горели все мышцы, ломило каждую косточку, каждый нерв. Да и бессонная ночь не прошла даром.

Когда первые лучи солнца пробились сквозь кроны деревьев, Ленси, не выдержав, повалилась на ближайшую кочку. Упала навзничь, раскинув руки и ноги, да так и осталась лежать, бездумно глядя в переплетение веток над своей головой.

Теперь собственное бегство казалось ей абсурдным поступком. Смертельно уставшая, голодная, не приспособленная заботиться сама о себе, она вдруг поняла, что, возможно, никогда не выберется из этого леса.

Ее не учили выживать в подобных условиях. Ее воспитывали как принцессу.

Учили петь, танцевать, музицировать на нескольких инструментах. Учили придворному этикету, управлению домом и ведению хозяйства, чтобы однажды она стала хорошей женой достойному человеку.

И сейчас, лежа в траве, мокрой от росы, Валенсия с обреченностью поняла: все ее познания в изящных науках, которые она изучала в Академии, не могут ничем помочь.