Трёхлунная ночь

С другой стороны, если подумать, какая у него была жизнь, чему она могла научить? И потом, а вдруг он ещё мог измениться, исправиться? Может, где-то в глубине его души и нашлась бы доброта – возьмись кто-нибудь пробудить её и вытащить на поверхность.

Вздыхая, предводительница Вольных когтей отступила от мёртвого тела. Шестипалый положил лапу ей на плечо, встретив взгляд, в котором сквозило чувство вины. Солнышко тоже вздохнула. Не махни Следопыт лапой, ничего бы, наверное, не случилось. А может, Тёрн всё равно убила бы его – чтобы показать другим, как она сильна и опасна.

– Всё в порядке, Вихрь, спасибо, – кивнула правительница дракончику, который смотрел так, будто хотел ударить мёртвого ещё раз – на всякий случай. – Итак, начнём сначала. – Она обернулась к ночным, в страхе поджавшим крылья, и впилась взглядом в глаза Зубасты. – Где искать Провидца?

Ночная опустила голову, потом нехотя пробормотала:

– На острове.

– Зубаста! – одёрнул её Крылан.

– Что? – свирепо вскинулась она. – Какая теперь разница, когда всё погибло? – и продолжала, изогнув шею и вызывающе глядя на Тёрн: – Мы жили на острове к северу от континента, но там взорвался вулкан и ничего живого не осталось.

Песчаная дракониха злобно прищурилась, сжав когти.

Солнышко стояла с колотящимся сердцем, ожидая нового убийства. Пускай Зубаста тоже злая, но она же сестра Звездокрыла! Только как её спасти? Себя выдавать глупо… но получается, что другого выхода просто нет.

– Это правда! – крикнула она, проталкиваясь вперёд. Песчаные драконы таращились на золотистую незнакомку и удивлённо переглядывались. – Да, так и есть! Не трогайте её! – Она выбралась из толпы и уселась на песке в полувзмахе крыла от ночных, которые собирались отдать её на верную смерть.

– Ты! – Зубаста вытаращила глаза.

– Я тоже была на том острове, – продолжала Солнышко, не обращая внимания на ночную. Чёрные глаза правительницы рассматривали её как редкое насекомое, не упуская ни одной золотой чешуйки.

– Небесное пламя! – буркнула Тёрн. – Ты кто вообще такая?

– Та самая, что следила за этими, – доложил Шестипалый, кивая на ночных. Зубаста свирепо скалилась, Крылан сжался, ещё не оправившись от потрясения.

– Ах, вот оно что.