Террор Бешеного

Парень оказался проворным: среагировав на движение Савелия, он выхватил из-за пояса пистолет и даже выстрелил, но пуля попала в спинку стула, на котором только что сидел Савелий. Страшный удар откинул парня назад, он ударился головой о стенку, соскользнул на пол и замер в неестественной позе."

"Все произошло настолько стремительно, что Ли Бао успел только рот раскрыть от удивления. Но в следующее мгновение уже взял себя в руки и принял боевую стойку, вскинув меч над своей головой. Конечно, Савелий мог спокойно отправить и его на тот свет с помощью смертельной иглы, но подумал, что должен победить в честном поединке, поскольку китаец готовился так поступить с ним.

- А-а-а! - истошно закричал Ли Бао и проворно бросился на него, размахивая мечом.

С большим трудом Савелий уворачивался от острой стали, выпрыгивая то в одну сторону, то в другую, то делая сальто, взмывая над головой противника. Сопротивляться оказалось не так просто: несмотря на свой преклонный возраст, китаец был очень проворен.

Понимая, что постоянные прыжки вконец измотают его, Савелий выбрал момент и воспользовался стулом, которым ему удалось выбить опасное оружие из рук озверевшего китайца и перехватить его меч. Оставшись без оружия и без своих защитников, Ли Бао настолько растерялся, что остановился и с ненавистью уставился на Савелия.

- Ти не гилюпии, ти - силинии, - вынужденно признал он и склонил перед ним голову.

""Да, в благородстве тебе не откажешь!"" - подумал Савелий, вслух серьезно и чуть торжественно произнес:

- За те шестнадцать погубленных тобой душ, за все злодеяния, сотворенные с твоей помощью на этой земле, правом, данным мне Космосом, приговариваю тебя к смерти.

Он не заметил, как старый китаец, видимо, превосходно разбирающийся в психологии таких людей, как Савелий, делая вид, что обреченно ждет своей участи, залез в карман и стал осторожно что-то вытаскивать.

- Приговор окончательный, и я сам приведу его в исполнение! - закончил Савелий.

И в тот же миг увидел пистолет, выхваченный из кармана китайцем и направленный ему в грудь.

""Так вот, оказывается, каково твое благородство!"" - со злостью промелькнуло в мозгу Савелия.