Тебе меня не сломить

— Ты что? — наконец с трудом выговорил Степнов, словно вынырнув из сна, и, оторвав взгляд от часто вздымающейся груди в открывшемся вырезе одежды, опустил глаза чуть ниже и только сейчас заметил, как округлился ее живот под обтягивающей тканью трикотажной кофточки.

— Да я уже на все согласна, лишь бы ты оставил меня в покое! — прокричала Юля ему в лицо, продолжая со злостью бороться с пуговицами. А в голосе уже отчетливо слышались слезы.

— Перестань! — громко сказал Саша, схватив ее за запястья, чтобы она не расстегивала одежду.

Как он держал ее руки, чтобы она его не отталкивала и не мешала. — Юля! Ну, что ты делаешь?! Я говорил с врачом, он запретил тебе… нервничать, напрягаться…

Вздрогнув от его прикосновения, словно от раскаленного огня, Юля взглянула на его руки на своих запястьях, и парень тут же разжал пальцы.

— Господи, и это говоришь мне ты! Ты! Да меня от одного взгляда на тебя в дрожь бросает! — она была близка к самой настоящей истерике.

Немного постояв на месте, Саша развернулся и направился к двери, щелкнул замками, и наконец, стало тихо.

Вытирая слезы тыльной стороной ладони, Юля подошла к окну, осторожно отодвинула занавеску — Степнов как раз подходил к машине. На ходу прикурил и сел в салон, после чего автомобиль резко сорвался с места и выехал со двора.

Может, все же дошло до него, что она не намерена терпеть его присутствие в своей жизни и своей квартире? Хотя судя по тому, что ключей нигде не наблюдалось, вряд ли. Он вернется…

Его машина уже давно скрылась за поворотом, а она так и стояла возле окна, бессмысленно уставившись куда-то в одну точку, пытаясь представить себе, что этот человек теперь будет жить в ее квартире, что ей все время придется видеть его перед глазами. Нет, это невозможно…

Теперь все здесь казалось не так. И белье, развешенное в ванной, которое попадется ему на глаза, и ее домашняя одежда — платьица, маечки, шортики — казались ей слишком короткими и открытыми.