Союз-77. Книга 2. Мы одной крови

Присмотрись и сделай вывод.

— Ладно, — кивнул я. — А Башка? Твой? Он ведь всем у Сармата заправляет. Мозговой центр. Выключи его, не станет и Сармата.

Когда позавчера я обрисовывал расклад, Грабовский никак не прокомментировал информацию о Башке. Но вопрос был важный.

— С Башкой всё не так просто, — медленно помотал он головой. — Он плотно сотрудничает с киргизским ЦК. Ну, ты понимаешь, да? Там… с членом одним… из ЦК, ответственным за развитие…

Я прищурился. Брехня это была. Брехня.

— Республиканское ЦК? Они что сами всё это замутили? Или по поручению союзных начальников?

— Если узнаешь, будет хорошо, — кивнул Грабовский, — но специально тему педалировать не нужно.

Возможно, Башка использовался втёмную, через какого-нибудь местного партайгеноссе и не знал о КГБ. Но вообще без конторы было нельзя, нужно же прикрываться. Значит, мог тоже на местном уровне выступать какой-нибудь чел, связанный напрямую с Грабовским.

Блин, организация получалась довольно громоздкой.

— Деликатно даже, — добавил он. — Чтобы не спугнуть, чтобы не навредить и не разрушить хрупкий баланс. Понимаешь? Не как слон в посудной лавке.

— А разве мы не должны вычислить всех, кто стоит за этим синдикатом? — удивился я.

— Сначала ментов. Твоя первая задача — это менты. Не забывай.

— Не забуду. А мы, кстати, далеко ли путь держим, Алексей Михайлович?

— Идём по проторённым маршрутам.

— Надеюсь, окажусь не в Анголе, — усмехнулся я.

— А это, брат, как повезёт, — подыграл мне он.

Во Фрунзе я прилетел на транспортнике. Всё новое на деле оказывалось забытым старым. В этот раз в салоне было не так свободно, и лететь пришлось не так долго. Интересно, что могло помешать Грабовскому гонять вот такие самолётики, битком забитыми наркотой? В принципе, ничего. Можно и оружием и ещё чем-нибудь высокомаржинальным.

Из аэропорта я поехал в Дом быта. Сел на такси и направился к парикмахеру.

— Моисей Аргенович, подравняете? — усмехнулся я, усаживаясь в кресло.

— Опять подравняете? — закатил он глаза. — Откуда это чудовищное слово? Вы что, хотите быть, как все? Чтобы я сделал вас равным с другими? Каждая моя стрижка, вообще-то уникальна. Подравнять…

— Моисей Аргенович, — покачал я головой. — А вам сколько лет?

— Что? — удивился он.