Союз-77. Книга 2. Мы одной крови

Он заплатил десять тысяч долларов… чтобы я тебя ликвидировал.

Он начал тяжело дышать.

— Да ладно, не плачь. Я же ещё не умер. Рассказывай, кто этот добрый человек и что ты сделал.

— Я его не знаю, — повторил он. — Мы встречались в гостинице «Москва». Я пробивал… Иванов Игорь Алексеевич. Это всё.

Я снова нажал и он дёрнулся, ударившись об пол затылком.

— Не знаю… Пробивал его по нашему ведомству. Паспорт левый… нет такого человека…

— Очень любопытно… И что ты предпринял?

— Выдернул Мурадяна, — выдохнул он. — И отправил его в Киргизию.

— Легенда была слабой.

— Он всё должен был сделать быстро…

— Ну, нашёл, кому доверить серьёзное дело, — хмыкнул я. — А дальше?

— Это всё, — выдохнул он и мне пришлось ещё раз наполнить его тело нестерпимой болью.

— Прости, — пожал я плечами, — но ты не оставляешь мне выбора.

— И-и-и… — по-девчачьи завыл он, когда я ослабил нажим.

— Поторопись, пожалуйста, или у меня не будет выбора.

— Я решил тебя подставить. Пришёл к Зое, когда ты подходил к общаге, когда шёл от Сёмушкина и…

— Что?

— Я ударил её ножом.

— Урод. И как это меня убивало?

— Тебя должны были убить в камере, — выдохнул он.

— Но не убили. Почему?

— Сегодня должны подселить матёрого кента. Он тебя убьёт…

— Ну, уже вряд ли, — покачал я головой. — А сейчас, значит, ты хотел добить Зою, да?

— Да, — прохрипел он. — Сейчас сюда придут и тебе придётся ответить вот за всё это. Скорее всего, тебя завалят при попытке к бегству… А её… её… я доберусь…

Глаза его закатились, и он затих.

— Откройте! — раздался грозный голос. — Милиция!

Шкаф перед дверью был упёрт угол стены и сдвинуть его было невозможно. Да вот только вышибить дверь не представляло никакого труда. Я быстро встал, подошёл к окну, открыл его и выглянул наружу. Третий этаж, потолки высоченные, прыгать не вариант. Но внизу, на этаж ниже проходил широкий короб вентиляционной трубы.

Я перекинул ноги через подоконник, спустил ниже и повис на руках. Посмотрел вниз. Вентиляция шла прямо подо мной. Я выдохнул и разжал руки. Пролетев метра три я грохнул по коробу, поскользнулся и чуть не полетел ещё ниже, но смог удержать равновесие. Цепляясь за скользкую жестяную поверхность снова спустил ноги. Здесь, конечно, повиснуть было невозможно, зато можно было попытаться соскользнуть в окно. Створка на счастье была открыта.