Союз-77. Книга 2. Мы одной крови

Он говорил по телефону. Вызвал подмогу, скотина.

— Значит, времени у нас не так много, Вась, — выдохнул я и бросил в него стакан с карандашами, схватив его с ближайшего стола.

Сомов инстинктивно прикрылся и попытался увернуться, а я воспользовавшись его заминкой, подлетел и задал такую затрещину, что он отлетел и ударился об угол шкафа со стеклянными дверками.

Надо же, подумал я, такой же шкафчик, как в деревенской больничке у Алевтины. Раздался грохот и звон стекла, посыпавшегося на голову Сомова.

В дверь забарабанили.

— Вася, — зловеще улыбнулся я. — Тебе звезда.

Он замотал головой, пытаясь прийти в себя, но этой роскоши я ему не позволил и пропнул прямо по роже. Меня переполнял гнев, а перед глазами стояла истекающая кровью Зоя.

— Я Джеки Чан, Вася. Я Терминатор. И тебе полная звезда.

Он захрипел, захлебнувшись кровью, а я подошёл медленно, давая ему прочувствовать неотвратимость.

— Говори, — снова улыбнулся я. — Говори.

Он лежал у моих ног и пытался пятиться назад.

— Бесполезно, Васёк, — подмигнул я.

"Но он или делал вид, или действительно не понимал, что происходит. От боли, от страха, от безысходности он, кажется, перестал осознавать смысл слов. Мне пришлось наклониться, присесть и зажать точку на внутренней стороне бедра, ту где концентрируются нервные окончания. Таких точек много.

Он заорал. Так заорал, что услышали, наверное, даже на другой стороне луны.

— Очухался? — спросил я, убрав руку. — Теперь говори, Вась.

Он ничего не ответил и тогда я переместил руку и надавил на точку внизу живота, прямо над лобковой костью. Он разинул рот, выкатил глаза и беззвучно забился в конвульсиях.

— Таких точек у тебя много, Вась. И это далеко не самая болезненная, хотя неприятная, конечно. Если ты не ответишь прямо сейчас, я нажму на такую, что ты просто сойдёшь с ума. Станешь овощем.

Я положил руку ему на живот, нащупывая ещё одну точку, вызывающие яркие ощущения.

— Да! — прохрипел он. — Мне заплатили… Просто заплатили и всё…

— За что?

Я чуть нажал, вгоняя палец в его брюхо. Он снова разинул пасть, и я отпустил.

— За что заплатили?

— За тебя, — выдохнул Сомов.

Его лицо стало влажным от испарины.

— Продолжай, продолжай. Очень интересно.

— Я его не знаю.