Синий бант

В этом была она вся. Илья посмотрел на захлопнувшуюся дверь, услышал шум воды, а затем продолжил свои приготовления к вечеру. Застегнуть рубашку, завязать галстук, надеть пиджак, потом линзы… И вот линза, подцепленная из контейнера с жидкостью, в самый последний момент упала. Поэтому вышедшую из ванной Майю встретил набор негромких, но емких фраз.

– М-да… – задумчиво произнесла она в ответ.

Илья обернулся. Красноречиво выгнув бровь, мол, «я оценила набор слов», Майя прошествовала к шкафу, из которого вскоре были извлечены платье и чулки.

– В чем причина столь гневной тирады? – поинтересовалась она, скидывая с себя толстый махровый халат.

Илья не ответил. Он смотрел, как Май, повернувшись к нему спиной, надевает чулки, поставив на край кровати сначала одну ногу, а затем вторую. Он смотрел на ее стройную спину с выступающими позвонками, на собранные в небрежный узел волосы и думал о том, что эта женщина – его жена. Кажется, давно уже должен был привыкнуть. И привык. Но в некоторые моменты, наблюдая за Май словно со стороны, любуясь ею, ее почти уже зрелой красотой, Илья открывал для себя жену заново.

А Майя, будто не чувствуя пристального взгляда, потянулась за платьем и, надев его, подошла вплотную:

– Застегни, пожалуйста. И ты мне так и не сказал, из-за чего ругался."

"После этого развернулась, демонстрируя обнаженные лопатки. Закрепленные на затылке волосы открывали красивую шею, от чистой кожи пахло… Май, и Илья, прежде чем взяться за язычок молнии, наклонил голову – прикоснулся губами к чувствительному месту чуть ниже уха, и потом, не отнимая губ, тихо проговорил:

– Я потерял линзы.

Ее кожа покрылась мурашками. Он поднял голову, любуясь произведенным эффектом.

– К черту линзы, бери очки и пойдем. А то опоздаем, – решительности слов Май противоречил голос, в котором недоставало уверенности.

Илья улыбнулся.

– Боишься опоздать? – спросил, повернув ее лицом к себе.

Мурашки не исчезли. Он чувствовал их под своими пальцами, трогая плечи.

Словно никто никуда не спешил.

Все закончилось тем, что Майя, забыв о платье, прижалась к Илье всем телом.

– С тобой я ничего не боюсь.

Большие и важные планы оказались под угрозой, потому что обоим захотелось вдруг остаться и провести этот вечер в номере, очень захотелось, но… он легко коснулся кончика носа Май и прошептал:

– Нам пора.

А после все же застегнул молнию на платье.