Синий бант

– Очень?

– Ты даже не представляешь насколько!

Илья тихо засмеялся. А она привычно легла ему на живот и уткнулась носом в шею. Это было ее место.

Каждый раз, обнимая ее крепко и чувствуя на себе тяжесть тела жены, Илья представлял, что он словно вбирает ее в себя, внутрь. Туда, где она и должна быть. Женщина, сотворенная из ребра мужчины.

– Люби меня всегда, – в который раз за прошедшие годы прошептала Май свое самое заветное желание.

– Буду, – в который раз пообещал он, крепче прижимая ее к себе.

Буду, Маленькая Май, конечно, буду. До последнего вздоха.

Ведь ты моя душа.

Клянусь нашим роялем!

Майя смотрела на себя в зеркале. И видела там цифру. Тридцать семь. Именно столько ей исполнится через месяц.

Да, она прекрасно выглядит. И это не лесть, это факт. Ухоженное лицо, стройная фигура, длинные густые волосы. Так она выглядит уже второй десяток лет. Одинаково. Меняются лишь одежда, украшения, аксессуары и оттенки помады.

А вдруг ему надоело? Приелось? За столько лет – неизменный стиль в одежде, неизменная прическа.

Майя протянула руку и взяла телефон. Какое-то время задумчиво смотрела на темное стекло, а потом решительно тряхнула головой и разблокировала экран. Пришло время перемен.

– Паша, привет. Запиши меня на стрижку и окрас.

– Как-кой окрас? – от неожиданности ее стилист Павел стал заикаться.

– Придумаешь, какой. Я решилась.

– Отговаривать бесполезно? – вздохнул Паша.

– Бесполезно.

– Понял. Но учти, если твой муж придет меня бить, я скажу, что сделал это под угрозой жизни!

– Договорились! – рассмеялась Майя. Решение принято, и стало вдруг легко.

Сюрприз сорвал любимый сын. Пока Майя доставала из духовки пирог, поставленный туда полтора часа назад домработницей, Юня уже проскакал бодрым галопом в прихожую встречать отца.

– Привет, пап. Советую морально подготовиться: у мамы новая прическа. Сделай радостное лицо.

Вот же малолетняя ехидна! Майя замерла, ожидая ответа Ильи.

– А ты сделал? – раздался спокойный вопрос.

– Да. Мне нравится. У мамы прическа теперь почти как у меня.

Сыну и в самом деле понравилось – он долго восхищался и разглядывал медные пряди в глубине темных, длиной теперь только до плеч, волос.