Скажи мне нет

- Станислав! - в шоке выдыхает она, и я слышу, как на том конце провода ударяется о плитку металлическая кастрюля.

- Если не хочешь погружаться в эту тему, то и не лезь, куда не нужно, - итожу спокойно.

Вместо ответа бросает трубку.

Положив руки на пояс, смотрю в древнюю как Пётр Первый стену.

Квартиру, значит, снимает.

Сам я Алевтину Евдокимову не видел с того дня, как она с ноги вмазала мне по яйцам своим гребаным “Заявлением”. Двинула знатно. С размаху и с оттягом. А когда примчался к ней домой, сам не знаю на кой хрен, она не открыла дверь.

Не ответила ни на один из трёх моих звонков. Не прочитала ни одно из моих сообщений. Просто не прочитала. Ни одно.

Что бы я сказал? Люблю тебя, дуру, подыхаю, поэтому творю всякий пиздец? А ты какого хера творишь, сама хоть понимаешь?!

Пытался сказать. Не вышло.

Пошло оно все на хрен.

Что я должен делать?!

Она увольнялась и получала расчет в те дни, когда меня уже не было в городе. До прошлой недели я даже не знал, где она находится. Это то, что выводило из себя больше всего остального.

Просто надеялся, блять… надеялся, что она не с ним. А если бы была с ним… я бы сейчас о ней не думал. Вообще никогда бы о ней больше не вспоминал.

Хотела, чтобы оставил в покое?

Оставил.

Счастлива теперь?

Квартиру она снимает у Филатовых…

Ещё раз пинаю чертову жестяную банку, как будто она в чем-то виновата и, зажав телефон в кулаке, широким шагом возвращаюсь в бар.

У стойки рассчитываюсь, мотнув головой:

- Вот депозит на их столик. Пусть отдыхают, но все что выше - оплачивают сами.

Махнув Женьке рукой, выхожу на улицу. Садясь такси, гружу приложение российских железных дорог и, закрыв глаза, думаю о том, чем она там, блять, сейчас занимается?

Глава 26. Аля

- Мам, смотриииии... - восторженно шепчет дочь, дергая меня за руку.

Вот только не это…

Делая вид, будто поглощена изучением состава маленького шоколадного торта, игнорирую звонкий собачий лай за спиной.

- Ну мамочка… посмотри какая… - хнычет Тоня, притопывая ногами.

Пальмовое масло на пальмовом масле.

Возвращаю коробку с тортом в холодильник и тянусь за бисквитными пирожными местного производителя. Не знаю, какое масло используют они, но я ела их всю жизнь, и вроде жива и здорова.

- Мама… ну посмотри же ты!

Вздохнув, поворачиваю голову. Ушастый бело-коричневый пёсик, похожий на табуретку, активно трусит в сторону бакалеи.

Мысленно прошу его убраться с глаз долой поживее и кладу в тележку бисквиты, разворачивая ее в противоположную от бакалеи сторону.