Поздние розы

Мне жаль, - Энцо грустно посмотрел на Лену, чуть скривил губы улыбкой, - Но мы же не станем врагами? Нет?

- Нет. Не станем. Но теперь я прошу тебя больше не искать встречи со мной.

- Хорошо. Ладно, белла, - проговорил он спустя минуту, вздохнул: – Мне остается только вернуться к вашему директору и заняться благотворительностью.

- Спасибо Энцо, - Елена подала ему руку.

Тот пожал ее с чувством, а она неожиданно улыбнулась и сказала:

- И прости. Ты был неподражаем. И неотразим. Просто не судьба.

- И ты прости, белла.

И передай этому своему волку... Нет, я сам ему передам. Прощай.

Энцо пошел к зданию школы, а она еще некоторое время сидела на скамейке. Осознавая, что на нее пялился из окон весь коллектив, начиная с директора и заканчивая уборщицей. И вся охрана, которую к ней приставил Костя.

Кошмар. До чего публичной стала ее жизнь...

Лена вздохнула, предчувствуя, что вечером не избежать объяснений. Однако оправдываться ни в чем не собралась, винить себя ей было не за что.

***

С утра Белецкий был весь в делах, однако время, чтобы осуществить свою идею, выкроил.

По его заданию почти весь подъезд того дома, где снимала квартиру Лена будет выкуплен в ближайшие дни. Потом в максимально короткие сроки...

Он как раз увлеченно обдумывал, что предпримет в максимально короткие сроки, вертя в руках декоративный канцелярский нож, которым он обычно вскрывал конверты, когда получил телефонный от Михаила.

Тот в подробностях доложил, что в школу сегодня приходил итальянец, и Лена имела с ним продолжительную беседу.

О чем говорили неизвестно, но Михаил позволил себе сделать предположение, что разговор не носил какого-то любовного характера. Хотя отметил, что итальянец кипятился.

Разговор окончился, а Белецкий так и остался сидеть неподвижно, держа тот декоративный нож. Не отрываясь, глядел на телефонный аппарат, не замечая, что руки все сильнее сжимают и выгибают лезвие. Очнулся, только услышав странный металлический звук. В руках у него были обломки ножа, ладони порезаны и окровавлены.

Но боли мужчина не чувствовал. Он думал о другом. В этот момент он думал о ней.

***

В доме у господ Лешковый появился новый персонал. По личному распоряжению Ирины Васильевны за Марией и Инной был отправлен ее шофер. Мать и дочь Кисельниковы ощущали себя Золушками из волшебной сказки. Несказанное везение, несметное богатство кругом...

Невероятные планы породила эта дивная картина в голове у Марии Ивановны.