Сердце дракона. Том 16

— Мы живем прошлым, — неожиданно произнес неизвестный и безымянный Мастер. — Теми временами, когда наши жизни еще что-то значили.

— Они значат и сейчас, — не согласился Пепел.

— Значат, — не стал спорить Мастер. — но не для тех, чьи жизни что-то значили для нас. Их время ушло. Их перерождениям нет счета.

Эш посмотрел в костер. Тысячи тысяч лет минули с тех пор, как оно похоронил Бродячих Пней и Рейку. И их детей. И детей их детей. А затем похоронил их перерождения. И перерождения их перерождений. Пока, наконец, перестал следить за душами тех, в ком находил свой покой и спасение от бездны.

Не той бездны, с которой, в свое время, успел сразиться Повелитель Всего Пламени — волшебник Пепел. А с той, с которой сражался каждый мыслящий. Каждый день.

— Зачем вы пришли, Мастер? Кажется, в последний раз, когда мы с вами виделись, вы попросили меня принять участие в войне Небес и Земли.

— Ты отказал мне в тот вечер, волшебник, — судя по движениям зонтика, Мастер запрокинул голову и все вглядывался в ночное небо.

— И тогда погибли все, кто мне дорог.

Пламя в костре задрожало. Оранжевые языки потянулись к фигуре с зонтиком, но туман под её ногами, казалось, оберегал этого человека от жара огня.

— Камень всегда может предвидеть, когда лавина пойдет по склону и упасть первым. Если же он этого не сделает, лавина все равно его смоет.

— Опять про камни? — хмыкнул Пепел и взял себя в руки. Пламя в костре успокоилось, а туман затих. — Даже спустя столько эпох, ваши метафоры, Мастер, не меняется. Левая рука богов… так вы меня тогда окрестили? Как раз перед тем, как разыграть собственную смерть…

— Я умирал сотни раз, мальчик.

— Смертные называют это, Мастер, порочным кругом.

Визитер промолчал.

Он протянул руку будто попытался дотянуться до звезд.

— Они так юны, — прошептал он.

И было непонятно говорит ли он про кого-то определенного или же про… звезды. Даже Пепел, последний из рожденных смертным, кто собственными глазами видел падение Черного Генерала, не мог назвать звезды юными.

— Вы мудры, Мастер, в этом я вам отдам должное. Вы спросили, можете ли вы присоединиться к моему вечеру. Моему последнему вечеру в мире смертных. Я отвечу вам — нет. Я вам не рад.