Охотясь на Аделин

В ее центре – большое длинное здание, а вокруг него раскидано несколько домиков поменьше.

А еще огромная теплица, где и кипит основная деятельность. Люди снуют туда-сюда, в их руках корзины с овощами и фруктами. К одному из небольших зданий, хихикая и перешептываясь друг с другом, идет группа девушек. И все эти люди здесь, насколько я могу судить, либо дети, либо женщины.

– Где мы?

– Сюда привозят выживших, если у них нет безопасного места, куда они могут вернуться.

Перевожу взгляд на него, а затем быстро возвращаюсь к окружающей обстановке, рассматривая все в новом свете.

– Правда? Сколько их здесь?

– Сто тридцать два выживших, – отвечает он, и от того, что он знает точное число, у меня странно замирает сердце.

На такое дерьмо я не давала согласия.

– А на сколько мест расчитано это место?

Он небрежно пожимает плечами и паркуется у самого большого из зданий.

– На сколько мне потребуется. Я владею сотнями гектаров земли, так что, если мне понадобится построить еще одно общежитие, то я его построю.

Я пораженно моргаю.

– Ты действительно так чертовски богат, да?

– Конечно, но все идет на нужды моей организации.

С открытым от удивления ртом я осматриваю местность, поражаясь тому, насколько… мирной она кажется.

– Это единственное убежище?

– Нет, они разбросаны по всей стране. В конце концов «Зейд» проникнет и в другие страны, и тогда я начну строить укрытия и там, чтобы предоставлять выжившим безопасные пристанища.

– А как ты прячешь все это от Клэр?

– Я сделал все возможное, чтобы отследить мои активы было невозможно.

"Качаю головой, не находя слов. Помню, как он сказал однажды, что предоставляет дом тем, у кого его нет, но то, что я вижу, только подтверждает, насколько Зейд невероятен. Не считая его психотических наклонностей, он делает то, что никто и никогда до него не делал.

– Пойдем, детка. Я хочу познакомить тебя с несколькими людьми.

Хмурю брови, не понимая, кто это может быть, но все равно выхожу за ним из машины. Пока мы идем по тропинке, видим, что к нам направляется Руби, а за ней бежит стайка детей, хихикающих и пытающихся не отстать. Заметив нас, она вскрикивает от восторга и ускоряет свой шаг.

– Боже мой, Адди, детка, ты такая красивая! – громко воркует она.