Нежная мятежница

Десять лет жизни пирата с ее смертельными схватками и карабканиями по реям и канатам только закалили брата, сделав его мускулатуру почти совершенной.

— Слушай, Джеймс, твоя фигура превратилась прямо-таки в образец для демонстрации мужской силы.

Брат покачал головой, самодовольно оглядел себя и наконец, подняв глаза на Энтони, улыбнулся. Прозвучавшее в словах того удивление ему явно польстило.

— Надеюсь, что и леди не откажутся от такой демонстрации."

"— Это уж точно. Невозможно представить, чтобы отказались, — улыбнулся в ответ младший брат.

 — Ну это после. А сейчас… Может, несколько партий в карты? Я совершенно не могу заставить себя снова заснуть и тем самым облегчить свои страдания.

— Ну это легко исправить с помощью бренди.

— О Боже, нет. Я думал только о кофе. Правда, сейчас вспомнил, что мы с тобой вчера остались без обеда.

— Ладно, дай мне пару минут на сборы. Встретимся на кухне.

Когда Рослин вышла к завтраку, глаза ее были припухшими и усталыми. Еще одна беспокойная, бессонная ночь.

На этот раз по ее собственной вине. Да, она чувствовала себя виноватой за то, что так обошлась вчера с Энтони. Конечно, она должна была помочь ему раздеться и поудобнее устроиться в постели, а не бросать, как она сделала, даже не прикрыв его одеялом. Как бы там ни было, а он ее муж. Тело его ей не может быть безразличным. И нечего тут стесняться. Откровенно говоря, она чуть ли не дюжину раз вчера намеревалась пойти к нему в спальню и исправить свою оплошность. Но, уже почти решившись, отказывалась от этой мысли, опасаясь, что он может истолковать ее появление по-своему. Это днем. А вечером, когда она легла в постель, и подавно. Не идти же к нему в ночной рубашке. Уж в этом случае, проснувшись, он не будет сомневаться в том, зачем она к нему пришла.

С другой стороны, именно это чувство вины ее страшно раздражало. Она отнюдь не сочувствовала его похмельным страданиям. Если ему вздумалось напиться и винить в этом ее, — это его личные проблемы. И то, что он так мучается сегодня утром, — тоже.

За свои поступки каждый должен расплачиваться сам, разве не так? Так с какой же стати она не могла полночи уснуть. Она-то почему должна страдать?

— Если еда так плоха сегодня, что ты не можешь даже смотреть на нее, я могу перекусить и в клубе.

Рослин подняла глаза на неожиданно появившегося перед ней мужа. Растерявшись, она ответила первое, что пришло в голову:

— Нет, завтрак не вызывает никаких претензий.

— Великолепно! — весело воскликнул он.