Нежная мятежница

— Помнишь, я тебе говорил, что Дэвид Флеминг отказался участвовать в дуэли? Оказывается, бедняга опозорился тогда не просто как трус, но еще и… как бы это сказать…

— Довольно! Конечно, была замешана какая-то женщина? Не самый большой сюрприз для меня.

— В том-то и дело, дорогая, что ссора произошла не из-за женщины, а из-за мужчины, хотя причиной и была любовь."

"Рослин замерла. Возникшей в результате замешательства короткой паузой Энтони воспользовался, чтобы еще раз наполнить бренди ее успевший уже опустеть бокал.

— Ты имеешь в виду, что он…

— Боюсь, что это именно так.

— Но мне он показался таким… таким… О, ладно, теперь это не имеет значения. Он, конечно, не подойдет.

— Данстэнтона тоже можешь вычеркнуть из своего списка, — продолжал он, рассчитывая, что, уехав из Лондона, Рослин не сможет проверить его утверждение. — Этот парень на днях объявил о своей помолвке.

— Невероятно! — воскликнула изумленная девушка. — Да ведь еще неделю назад он приглашал меня в театр. Правда, потом отменил приглашение, но… Ладно, даже неплохо, что мой список сократился.

Здесь уж Энтони вдохновила ассоциация, возникшая у него при звучании этого имени[2].

— Этот совсем не подходит тебе, дорогая. Похоже, что он во время бесшабашной юности проникся звучанием собственной фамилии. Этот человек настоящий садист.

— О, не слишком ли ты…

— Но это правда. Ему доставляет удовольствие причинять боль тем, кто слабее, — животным, женщинам. Слуги страшно запуганы его…

— Ладно, можешь не вдаваться в подробности.

Теперь настал черед Энтони пройтись по комнате в нервном возбуждении. Вартон — соперник, который может одержать верх. Шэдвела еще можно скомпрометировать, вспомнив о его любви к азартным играм. Но Вартон? Этот парень, без сомнения, стал бы идеальным мужем для Рослин. Мысль эта буквально бесила Энтони.

Но и идеального Вартона он все-таки сумел опорочить.

— Боюсь, что и о нем тебе лучше забыть, — произнес он, всем своим видом демонстрируя, что ему очень не хочется, но приходится, разочаровывать свою собеседницу.

— Что это значит, черт побери?

— Он влюблен в свою сестру.

— Что?

— О, это весьма умело оберегаемая от всех тайна, — уверенно продолжил Энтони. — Даже Реджи ничего не знает, поскольку Монтьеф не хочет разрушать ее иллюзии в отношении Вартона.