Метанойя

Возможно, это просто нервы, но проверить необходимо. Как разведчик, закончивший в свое время Рязанское высшее Воздушно-десантное командное училище по профилю специальной разведки, а потом и факультет оперативно-тактической разведки в Военной Академии Министерства Обороны, он прекрасно отдавал себе отчет в том, что рано или поздно слежку за ним обязательно установят. Если, конечно, в ФСБ не дураки сидят. А в том, что совсем не дураки, он не сомневался."

"Тут сама логика подсказывала алгоритм действий.

В первую очередь, под подозрение попадут те люди из среднего офицерского состава, которые родились и выросли в республиках СССР, ставших теперь самостоятельными государствами. А среди них те, кто имеет отношение к диверсионной работе. Он понимал, что под колпак возьмут всех. Именно поэтому он отдал приказ лечь на дно и жить обычной жизнью военнослужащих всей своей группе. То, что он и сам попадет под подозрение, его не очень волновало. Мало ли кого у нас, в чем подозревают! Сразу его не возьмут, показания выбивать не будут — здесь ГРУ за своего вступится. Значит, долго будут следить. И вот тут-то важно ни на чем не проколоться.

Хвост он заметил сразу, его этому очень хорошо учили, а потом и он учил других. Странное дело, обнаружив хвост, он успокоился и даже повеселел. У них на него ничего нет, если бы что-то было, взяли бы давно. А следят сейчас, он уверен в этом, не только за ним, а за всеми теми, кто подходит под версии следствия. Это значит, что беспокоиться особо не о чем — надо просто жить и служить, как самый обычный офицер.

Он даже засвистел тихонько мелодию ""Наша служба и опасна и трудна…"", улыбаясь и щурясь на солнышке. Слишком он засиделся на штабной аналитической работе, поэтому реальное противостояние разведок приятно щекотало нервы.

А навстречу ему шла красивая женщина, где-то немного за тридцать, тоже улыбаясь каким-то своим мыслям. Игорь Артемьевич залюбовался ее фигуркой в ореоле короткого, по моде, платья, и легкой походкой женщины, сознающей собственную привлекательность.

Нет, конечно, своей Лидочке он никогда и ни за что не изменит, но полюбоваться на женскую красоту издали — неотъемлемое право каждого мужчины. Конечно, когда не видит жена.

Они шли навстречу друг другу, и по мере сближения лицо женщины все больше и больше казалось Игорю знакомым. А она теперь уже смотрела прямо ему в глаза и улыбка ее, вне всяких сомнений, была адресована именно ему.