Скандальная история старой девы

– Хочешь, чтобы я всё выложил подозреваемой?

Я закатываю глаза и отворачиваюсь, снова подходя к заварнику, чтобы налить чаю и себе, всё-таки не зря здесь две кружки. Хочу чем-то занять руки.

– Ты не думал, что это Дарина виновна в смерти Милавы? Разве ты не заметил, что она живёт сыто и богато? Откуда у неё золото? Я знаю, что зарплата наставницы не так уж и велика.

– Я всё замечаю, Анна, но не торопи события. Ты слишком импульсивна.

Замечает, но ничего не делает. Зачем выжидать? Схватить её и допросить, вот и делу конец.

– Она устраняла своих соперниц, – произношу я. – Их находили растерзанными дикими зверьми в лесу, как и Милу.

– А ты чудом спаслась… – дракон окидывает меня нечитаемым взглядом. – Ты знала женщин, от которых избавлялась Дарина? Видела их тела?

– Нет, это было до меня.

– Значит, ты собрала сплетни и слухи. Может быть, знаешь когда именно женщины погибли?

– Нет, не знаю, но наверняка кто-то должен…

– Анна, – устало прерывает меня Рагнар.

– Когда она меня убьёт, доказательства будут на лицо, – вспыхиваю я, задетая за живое.

– Не убьёт. Ты в безопасности, за тобой теперь приглядывают мои воины, которым я доверяю, как себе.

– Значит, ты веришь, что она способна разделаться со мной?"

"– Я верю, что Дарина не так проста, как кажется. Но очень скоро маски с заговорщиков будут сорваны, а сами они казнены.

Главное, чтобы к этому времени, не пострадали невинные люди.

– Настало время сделать то, ради чего ты сюда пришла. Понимаешь ведь, что не чай наливать и развлекать меня разговорами? Ты должна помочь мне, Анна. Бери мочалку и иди ко мне.

Я замираю, не сразу осмыслив его слова. В груди появляется странная тяжесть, отдающая неясной тревогой.

Подхожу к низкой полке, где лежит грубая на вид, но мягкая на ощупь мочалка.

– Иди сюда, Анна, – повторяет Рагнар тише.

Он не двигается, просто наблюдает за каждым моим шагом.

Не такой, как мужчины, которых я знала в своей прошлой жизни. В нём не смазливость, а сила. Не утончённость, а первобытная звериная ярость, которую никому приручить не под силу.

И, каким бы жестоким я не считала Рагнара, эти сила и ярость не кажутся мне отталкивающими. Я уже поняла и осознала, что в этом мире выживают только такие.