Мертвый кролик, живой кролик

На спинке дивана валялся белый шелковый шарф. Пахло кофе, как будто Нина пять минут назад позавтракала и вышла из квартиры. Приглядевшись, Макар заметил на полке стеклянную банку с торчащим пучком деревянных палочек. Кофе был ароматической иллюзией.

За исключением ненавязчивого запаха в остальном квартира была как будто подчеркнуто лишена индивидуальности. Светло-серые стены, мебель на два тона темнее. Ни картин, ни безделушек, ни книг – только ридер на тумбочке у кровати. Бежевые шторы, такие же покрывала.

Браслеты и золотые цепочки на полочке в ванной комнате. Несколько купюр разного достоинства перед зеркалом в прихожей. Илюшин уже понимал, что зря теряет время.

Гришковец ждал его в небольшом кафе в переулке за Таганской. Илюшин выслушал от него подобие доклада.

Ничего нового Гришковец не добавил. В восемнадцать пятнадцать Нина прошла мимо аптеки. Макар отдал должное въедливости начальника службы безопасности, который со своими людьми обегал весь район и нашел наконец точку, от которой можно было построить дальнейший Нинин маршрут.

Илюшин по часам расписывал день Ратманской. В девять утра она пришла к сыщикам, ушла в одиннадцать пятнадцать. В двенадцать была на работе, в четырнадцать двадцать вышла в кофейню, съела салат и выпила кофе. После кофейни посетила спа-салон «Синяя верба». В пять тридцать у нее была запланирована верховая езда, как всегда по понедельникам, средам и пятницам, в девять вечера – встреча с отцом в ресторане.

В этот час посетителей в кафе еще не было. Официант щелкал каналами, пока не выбрал спортивный, и отключил звук. По зеленому полю беззвучно побежали футболисты, пасуя мяч.

Макар посмотрел на Гришковца, собираясь задать вопрос, и его кольнуло неприятное чувство.

На месте начальника службы безопасности должен был сидеть Бабкин. Илюшин представил, что ему пришлось бы работать не с Сергеем, а с Гришковцом или с кем угодно другим, – и ему стало не по себе.

– Телефонные звонки, – сказал он наконец. – Вы выяснили, с кем вчера говорила Ратманская?

Гришковец молча выложил перед ним распечатку. Илюшин пробежался взглядом – большую часть фамилий он видел впервые. В списке попались Ратманский-старший, заместитель Новохватов, подруга – Вера Шурыгина. Нина позвонила ей в обеденный перерыв, они проговорили всего три минуты.